Святой Грааль

Томас выпил свою долю, сказав недоумевающе:

— Горный мед? Похоже на жидкое мясо… Сэр калика, все-таки мы в твоем языческом аду!

— У славян нет ада, — напомнил Олег. — Ад — изобретение христиан.

— Ну, в раю, какая разница? Наш рай для бестелесных душ, а здесь то колет снизу, то хочется пить, то еще чего… Уверен, тут и подраться можно, а раны заживают в полдень.

— Это в Валхалле, — объяснил Олег терпеливо. — Скандинавский рай. Русь находится южнее, но севернее Восточной Римской империи…

Он лег, сытость разлилась по телу, веки стали тяжелыми, глаза закрывались сами.

— Русь между алеманами и ляхами?

— Ближе к Степи… Сэр рыцарь, не тешь себя надеждой. Мы не в аду, не в раю, даже не в чистилище. Нам еще придется держать ответ перед богами.

Томас пораженно пощупал себя, удивился:

— То-то я чересчур живой! Но ты же обещал, что погибнем!

— Что-то помешало… Сам не понимаю, что могло помешать. Авось образуется…

— Опять таинственное «авось»!

Второй раз Олег проснулся опять от голода. На гладком камне появился кувшин — побольше прежнего, широкогорлый.

Томас спал, разбросав руки, за ним клубились странные красноватые сумерки. Над головой нависали тучи, Олег ощутил недоброе: тучи за долгий сон — а он выспался и проголодался — не сдвинулись, формы не изменились.

Слева доносились голоса, смех. Потрескивали угольки, пахло березовыми дровами. Совсем близко ржали кони. Им вторило странное многоголосое эхо, но сколько Олег не всматривался, не видел ни людей, ни костра, ни коней. Чувствовал себя слабым, больным, но заставил подняться на ноги, пошел на голоса.

Его шатало, перед глазами то застилало тьмой, то вспыхивали красноватые звездочки.

Костер открылся внезапно, словно перед Олегом вдруг распахнули полог шатра. Вокруг огня сидели мужчины и женщины — невысокие, широкие в плечах, с очень белыми лицами, словно мучные черви, с узкими бедрами. Одеты тщательно, как на большой праздник, но сидят на камнях, лежат на голой земле. Над горячими угольями висят на ивовых прутиках мелко нарезанные ломтики мяса, отделенные один от другого ароматными листьями.

Жир капает на уголья, взвиваются сизые дымки.

— Добрый день, — произнес Олег на языке агафирсов. Он остановился в трех шагах от костра. — Или вечер?

Парни суетливо вскочили, освободили место близ костра. Олег видел обращенные к нему со всех сторон мертвенно бледные лица с синими губами. Глаза у всех были удивительно крупные, цвета спелых желудей, словно бы удивленно вытаращенные.