"Святые" 90-е Пионер – Том II

Спустился вниз, ноги подкашивались от адреналина.

Добравшись до машин, не мешкали, раненого погрузили к нам с Шухером, Соня с Михой залезли в салон Волги.

Мотор у волжанки мощный, и парни быстро оторвались.

Я тоже не тупил, как вдавил педаль газа в пол, так и не сбрасывал. Зеркало заднего вида дрожало от вибрации, но погони пока не было.

Шухер с Круглым расположились на заднем сидении, Круглый стонал, сжимая окровавленную тряпку на груди. Пуля попала в плечо, но ранение серьёзное, без врача никак.

Мрачно глядя на серый асфальт дороги, пытался сосредоточиться, сбивая мысли хоть в какую-то картину.

Однозначно спецы, но скорее всего «частники» из любителей подкалымить. Разнокалиберные стволы, форма без опознавательных знаков.

Не знаю уж в чьих интересах они действовали, но тот кто смог их нанять, наверняка очень серьёзный человек. Чиновник, или из «высоких» ментов кто-то, может военный. В общем тот, кто владеет информацией и имеет определенную власть.

— Нам же налево! — Шухер дёрнул за рукав, когда я свернул направо на трассу.

— В городе уже ждут! — рявкнул я, резко объезжая выбоину. — Двадцать минут стрельбы — местные ментам по-любому дозвонились!

— Круглый помрёт щас!

— Не помрёт. Тряпку посильнее прижми, потерпит, — бросил я, ловя взгляд Шухера в зеркале. Он кивнул, сжав губы, и замолчал до самого города.

Крюк хоть и получился приличный, зато въехали с севера, минуя возможный перехват. Вопроса куда теперь, у меня не было.

Бондарь открыл дверь, сонно потирая глаза, но увидев нас с окровавленным Круглым, мгновенно проснулся.

— Что случилось? — спросил он, помогая занести раненого на диван.

— А ты не видишь? — огрызнулся я, срывая куртку, пропитанную потом и пороховой гарью.

Бондарь молча снял трубку, быстро проговорил пару фраз и кивнул в сторону кухни:

— Пойдём, расскажешь. Шухер, посиди с ним, сейчас врача привезут.

Оставив раненого, мы прошли на кухню, где Бондарь зажёг газ и долго гремел посудой, выбирая стаканы.

— Чай будешь? — спросил он.

— Может покрепче что есть? — я опустился на стул, чувствуя, как дрожь накрывает с ног до головы.

Он хлопнул холодильником, вытащив початую «Пшеничную», и налил мне полстакана. Я выпил залпом, огонь в горле перебил тошноту. Рассказал всё коротко, как доклад.

— Мда… — выслушав, протянул тот, взял бутылку, и разлил по двум стаканам.

— Значит, говоришь, жетон и форма?

— Пропуск, вот. — вспомнив про трофей, я пошарил по карманам.