Связанные любовью

Я быстро приняла душ, мне всегда было неудобно в раздевалке, потому что я знала, что блокирую его для всех остальных, пока я была внутри. Когда дверь открылась, я натянула одежду. Мне не нужно было поднимать голову, чтобы узнать, кто это. Когда я подняла глаза, Лука стоял напротив меня, его грудь была покрыта потом и кровью, но выражение его лица утратило жестокость. Я встала на деревянную скамью между нами, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

Во взгляде Луки мелькнули вопросы. Я провела пальцами от его виска вниз по щеке к горлу.

Он коснулся моей талии.

— Их нужно было проучить. Они молоды, но это не остановит их от смерти.

Я ничего не сказала, и Лука нахмурился.

— Я не могу перестать думать о том, как ты будешь обращаться с сыном.

Мои глаза расширились. Мы никогда не говорили о детях. Я просто предполагала, что в конце концов они у нас будут, в конце концов, Луке нужен наследник.

— Прямо сейчас, — поправился он. — Или в ближайшие десять лет.

Десять лет? Мне тогда будет тридцать, я еще не стара, но я думала, что мы сможем завести семью раньше.

— О, — единственное, что смогла выдавить я.

Лука посмотрел мне в глаза.

— Ты хочешь детей раньше?

— Ну, не сразу, но, может быть, через пять лет?

Он ничего не сказал, и я решила не настаивать. Мы все еще могли бы обсудить эту тему, когда придет время.

— Компания увеличила производство ЛСД и экстази, и часть их дерьма попадает на нашу территорию. Я не думаю, что это случайность, — пробормотал я, указывая на письмо Дюранта.

Зазвонил телефон Арии, и я посмотрел туда, где она склонилась над своими книгами в углу моего офиса в сфере. Ей пришлось переключиться с учебы в колледже на онлайн-курсы по бухгалтерскому учету. Все было слишком напряженно с братвой и чертовски раздражающе, чтобы рисковать.

Она взяла свой мобильный, и я уже собрался вернуться к ноутбуку, когда ее лицо побледнело.

— Мы приедем, как только сможем, Лили.

Ромеро напрягся при упоминании сестры Арии, и я бросил на него острый взгляд, прежде чем двинуться к Арии, которая застыла на диване. Я присел перед ней на корточки, и ее полные слез глаза встретились с моими.

— Твоя мать? — я догадался. Людевика Скудери уже несколько месяцев вела безнадежную борьбу с раком.

— Она умирает. Это не займет много времени.