Связанные любовью

В глазах Деметрио мелькнуло понимание, как будто он начал видеть во мне человека, а не только вещь, которую он должен защищать.

Ария растянулась в шезлонге на террасе на крыше, наслаждаясь первыми теплыми весенними днями. Теперь ее живот безошибочно выдавался вперед, и из-за этого она почти все дни проводила в пентхаусе. До сих пор о ее беременности почти никто не знал, кроме ближайших родственников и нескольких верных солдат.

Я не собирался ничего менять. Данте и его семья полностью исчезли из поля зрения общественности с тех пор, как Валентина родила их сына шесть месяцев назад.

За исключением нескольких незначительных нападений на Питтсбург и фиаско с фотографией, Данте залег на дно, возможно, из-за своих детей или потому, что планировал что-то большое.

— Что случилось? — тихо спросила Ария, наблюдая за мной, где я стоял в дверях террасы на крыше.

Я покачал головой и подошел к ней.

Она нахмурилась, но не стала настаивать. Я опустился рядом с ней, и она немного подвинулась, чтобы дать мне пространство.

 — Ты не должен заботится обо всем в одиночку, Лука. Беременность не делает меня хрупкой.

Она была хрупкой, уязвимой. Она была той, куда целились бы мои враги, если бы я дал им шанс, а у меня было так много врагов. Последние несколько месяцев мы с Маттео и моими людьми так часто убивали друг друга, что я едва мог избавиться от розового оттенка на коже. Но на каждого врага, которого я убивал, появлялся новый.

Ария напряглась, и я сделал то же самое.

Она протянула руку, схватила мою и прижала мою ладонь к своему животу, и тут я почувствовал удар.

Я закрыл глаза, потому что все еще казалось невозможным, что я стану отцом, что Ария носит нашего ребенка.

— Ты думал об имени? — прошептала Ария, и я открыл глаза, все еще сухие, всегда сухие.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, о чем она говорит.

— Мою бабушку звали Марселла.

Светлые брови Арии поползли вверх.

— Женская версия Марса, бога войны?

Я наклонился и поцеловал живот Арии, затем ее губы.

— Наша дочь будет сильной. Она не склонится перед мужем. Ей никогда не придется бояться мужчин, клянусь.

— Марселла, — хрипло произнесла Ария, и этот взгляд в ее глазах каждый раз поражал меня, все еще после почти пяти лет. Он всегда меня поражает.

Мой телефон испортил момент, и я застонал. Неужели мои солдаты не могут справиться без меня? Но когда я взглянул на экран и увидел имя Орацио, я сразу же поднял трубку и встал.