Связанные любовью

Я закрыл глаза и сосчитала до десяти, пока не почувствовал в себе силы вернуться на вечеринку. Грейс осталась в прошлом.

Я вышла из ванной и застыла, увидев Грейс, ждущую меня в коридоре. Она улыбнулась, но улыбка была фальшивой.

Сопротивляясь желанию опустить глаза, я встретилась с ней взглядом. Она придвинулась ближе, окутывая меня своим слишком сладким ароматом. На высоких каблуках она была на несколько дюймов выше меня, но я выпрямилась.

— Я надеялась, что у меня будет еще один шанс поговорить с тобой. На твоей свадьбе у меня было мало времени.

Он трахнет тебя до крови. Вот что она сказала и напомнила мой собственный ужас. Она была ненамного старше меня, лет двадцати, но у нее был огромный опыт.

— Может быть, ты думаешь, что Лука доволен тем, что ты можешь ему дать, — тихо начала она. — Но я знаю его два года, и он так и не успокоился. Я была единственной женщиной, к которой он вернулся за все это время, потому что я дала ему то, в чем он нуждался.

Два года? Даже если бы он был с другими женщинами в то время, почему он держал ее?

Улыбка Грейс стала шире.

— Я позволяю ему делать все странные вещи, которые ты даже не можешь себе представить, Ария. Не похоже, что ты хочешь засунуть его член в свою маленькую фригидную задницу.

Этого было достаточно. Я шагнула к ней, слишком близко, и прищурилась. Я выросла в мафиозном мире. Я выросла среди хищников. Если Грейс думала, что я позволю ей запугать меня снова, она глубоко ошибалась.

— Держись от него подальше, — сказала я тихо, но твердо.

Я ненавидела, что ее уродство пробудило во мне злобу, но больше не могла терпеть.

Она подняла ладонь, чтобы ударить меня, когда на нас упала тень, и сильная рука Луки сжала ее запястье. Он оттолкнул ее от меня так, что она ударилась о стену, но он не отпустил ее. Его хватка заставила ее вздрогнуть, и она съежилась под его взглядом.

— Она того не стоит, — прошептала я умоляюще.

Его губы растянулись в самой жестокой улыбке, которую я когда-либо видела на нем, когда он отпустил запястье Грейс.

— Ты больше никогда не заговоришь с Арией. Ты и близко к ней не подойдешь, а то увидишь во мне то, что осталось в живых.

— Лука, пожалуйста, — умоляла она, сжимая его руку, и я напряглась. — Я сделаю для тебя все, что угодно. Я люблю тебя.