Связанные огнем

Не сомневаясь ни секунды, я увязался за ним следом. Мне было, что терять, в отличие от Карателя. Я оставил в столице часть себя – Алю. Но и проследить за процессом борьбы с Пустыми я был обязан.

Мы с Каримом успели попасть в группу, которая штурмовала «Генезис». Из лаборатории были изъяты все бумажные документы, правда, это оказались лишь официальные данные, которые предоставлялись ответственным министерствам и ведомствам. К слову, все члены правительства и даже мелкие сошки, которые так или иначе были задействованы в приеме и обработке ложных отчетов, были уволены незамедлительно.

Далее был проведен серьезный допрос сотрудников лаборатории.

Я понимал: как международникам, так и нашим необходимы были хоть какие-то данные о симбионтах. Но «мозги» всех серверов «Генезиса» Каратель расплавил еще в день пресс-конференции, а в интернет-сеть запустил только файлы, прошедшие тщательную «цензуру» Отчаянных. Достаточно для того, чтобы наказать виновных, но ничтожно мало для продолжения экспериментов.

Следующим этапом после «Генезиса» нас перебросили в эпицентр взрыва. Сразу несколько групп направили на зачистку территории от Пустых и поиск выживших.

Чем дольше я занимался этим, тем больше убеждался: люди, как рыжие тараканы, ничем их не вытравить! Борются до последнего вздоха, прячутся в самых неожиданных местах и щелях, выгрызают свое право на существование. Честно говоря, я не ожидал найти столько выживших! Учитывая, что с момента начала заражения прошло около девяти месяцев.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Находясь в огненном ядре, в самом центре преисподней, я все равно не мог забыть Алю. Ни на секунду. Раз за разом прокручивал в голове наше «прощание», а сознание бередили предательские мысли: а что если бы…

Если бы я остался с ней. Если бы отказался от мести. Если бы решил жить как нормальный семьянин…

Но мне не дано узнать, что было бы тогда.

Следует отпустить девчонку, позволить ей самостоятельно строить свою жизнь. С кем-то другим. Нормальным.

Да, это было бы правильно. Но как переломить себя, если сердце вопит, что Аля – моя! Тянусь в карман джинсов и достаю мобильный. Номер набираю по памяти. Надеюсь, мелкая зараза не сменила его от обиды.

Гудок. Еще один. Хмурюсь и начинаю подозревать неладное.