Связанные прошлым

Я терялся в Вэл, в своей страсти к ней, пока все остальное не отошло на задний план, пока все, что имело значение это мокрая киска Вэл, вокруг моего члена, наши потные тела, прижимающиеся друг к другу, наши рты, ищущие контакта.

С яростной дрожью мое освобождение охватило меня. Вэл откинула голову назад с хриплым криком, ее мышцы сжались вокруг меня, когда ее оргазм последовал за моим. Я продолжал вливаться в нее, прижавшись губами к точке пульса Вэл.

Со стоном я опустился на Вэл и остался так лежать, вдыхая ее знакомый запах.

Вэл погладила меня по спине и поцеловала в висок.

— Может, ты расскажешь мне, что случилось?

Я тихонько вздохнул и скатился с Вэл. Она повернулась ко мне, и я притянул ее к себе, затем убрал ее потные волосы со лба. Вэл терпеливо смотрела на меня своими потрясающими зелеными глазами, полными понимания. Меня поразило, как она могла доверять мне, верить в меня.

— Это про Орацио, не так ли?

— И про Фабиано тоже.

Мой гнев снова разгорелся, даже если я хотел остаться в своем послесексуальном блаженстве.

— Орацио сейчас Младший Босс Бостона, а Фабиано член Каморры.

Вэл вытаращила глаза. Ее недоверие отражало мою собственную первоначальную реакцию, пока оно не сменилось жаждой мести и жестоким гневом.

Вэл покачала головой:

— Зачем Луке понадобилось назначать Орацио Младшим Боссом? Это только создаст ему проблемы.

Затем ее губы искривились, и в глазах появилось понимание.

— Да, он дразнит меня.

— И теперь ты собираешься отомстить.

— Я должен. Вопрос в том, как это сделать. Особенно теперь, когда Фабиано стал частью Каморры. Я не могу напасть и на Каморру, и на Фамилью.

Вэл опустила подбородок мне на грудь.

— Тогда атакуй Каморру.

— Я не могу пощадить Орацио.

Она медленно кивнула.

— Я знаю. Не после этого. Но Лука будет чего-то ожидать, как думаешь?

— Наверняка. Он знает, что я приду в ярость, как только узнаю про Орацио. Он утроит свои меры безопасности, по крайней мере в Нью-Йорке, и Орацио тоже будет иметь высокий уровень безопасности.

Взгляд Вэл стал отстраненным.

— Интересно, родился ли у него сейчас второй ребенок… — она замолчала.

— Даже не думай об этом. Это только ухудшит ситуацию.

— Ничего не могу поделать. Иногда я не могу перестать думать обо всем, что мы потеряли, и я имею в виду не только мертвых. Я никогда не встречусь с детьми Арии или Орацио, а Анна не сможет увидеть свою крестную мать.