Связанные прошлым

И большинство твоих солдат пойдут по тропе войны, если ты сделаешь женщину, свою жену, Консильери. Это не сработает.

— Им придется согласиться с моим мнением.

Вэл покачала головой.

— Нам не нужно еще одно поле битвы внутри Наряда, ни больше ни меньше. Не говоря уже о том, что все еще есть Рокко. Или у тебя имеется план, чтобы избавиться от него?

— Тебе бы это понравилось.

— Он заслуживает смерти за все, что сделал.

— Прямо сейчас я не собираюсь убирать Рокко. Я подожду, пока Фабиано не расскажет нам точно, почему он присоединился к Каморре, прежде чем решу, что делать с Рокко.

Вэл кивнула и зевнула. Было уже больше двух, и нам обоим нужно рано вставать.

Я погасил свет и поцеловал Вэл на ночь.

В течение нескольких мгновений Вэл ничего не говорила, прежде чем ее тихий шепот прорезал тишину:

— Ты действительно думаешь, что я буду хорошим Консильери?

Я улыбнулся, уткнувшись ей в волосы.

— Да, я в этом не сомневаюсь.

В ту ночь сон не шел ко мне, поэтому я встал в пять утра и выскользнул из спальни в спортивном костюме.

Вэл все еще крепко спала. Я переоделся в шорты для бега и футболку и отправился в небольшой тренажерный зал рядом с моим кабинетом. Каждое утро я старался пробежать не меньше девяти километров. Сегодня я решил выполнить двенадцать километров в надежде успокоить свой беспокойный ум и избавиться от затянувшегося напряжения в теле.

Быстро приняв душ в гостевой ванной и переодевшись в деловой костюм, я направился в свой кабинет. Еще не было и семи, но предстоял тяжелый день. Мне нужно было посетить одного из наших торговцев оружием, а затем отправиться в Трентино, одно из наших новейших подпольных казино.

Фотографии Фабиано все еще издевались надо мной на моем столе. Я взял их и засунул в один из ящиков, прежде чем склонился над бумагами с нашими приказами об оружии.

Тихий щелчок заставил мою голову вскинуться с прищуренными глазами.

Анна зависла в дверном проеме, наполовину скрытая за дверью. Ее волосы были взъерошены, и она все еще была в своей белой пижаме с розовым цветочным узором.

— Можно мне войти, папочка?

Я отложил бумаги и отодвинул назад свое кресло.

— Конечно, Анна. Что такое?

Что-то в ее поведении было не так. Обычно она не была такой скромной рядом с нами, даже если была сдержанной, когда рядом находились незнакомцы. Она закрыла дверь и на цыпочках подошла ближе, стараясь не встречаться со мной взглядом. Я притянул ее к себе на колени, и она прижалась головой к моему горлу, ее пальцы возились с моим пиджаком.