Связанные прошлым

Я расстегнул кобуру и направился к гардеробной, а не к Вэл.

— Ты отправилась встретиться с женой Капо Фамильи, ничего мне не сказав, без всякой защиты, Вэл, — сказал я.

Я снял пиджак и бросил его на стул, когда в дверях появилась Вэл.

— Ария не представляет для меня никакой опасности. Я знаю ее всю свою жизнь. Мы двоюродные сёстры.

Я покачал головой, мои пальцы не дрогнули, когда я снял галстук и расстегнул рубашку, несмотря на то, что эмоции сотрясали меня.

Я прищурился, глядя на нее.

— Мы находимся в состоянии войны.

Я чувствовал не только гнев из-за ее предательства. Я тоже волновался. Она слишком сильно рисковала. Это могло оказаться ловушкой.

Обхватив руками живот, Вэл прислонилась к дверному косяку.

— Ты на войне, Данте. Наряд. Но не мы с Арией.

Я стиснул зубы, услышав ее отказ принять печальную правду. Эта война была всеохватывающей.

— Это могла бы быть простая уловка. Лука вполне мог все подстроить. Ты слишком сильно рисковала.

— Ты действительно думаешь, что Ария заманила бы меня в ловушку, чтобы Лука смог схватить меня? И что потом?

— Хорошо, что мы никогда этого не узнаем.

Оставшись в одних трусах, я двинулся к выходу, но Вэл преградила мне путь.

— Где Ария? — снова спросила Вэл, касаясь моей обнаженной груди. — Что ты с ней сделал?

Схватив ее за плечи, я мягко оттолкнул ее с дороги и направился в ванную. Конечно же, Вэл последовала за мной.

— Данте, не игнорируй меня сейчас. Расскажи мне, что ты сделал с Арией. Я заслужила это знать.

Я хлопнул ладонью по раковине.

— Разве я не заслужил знать, что Ария Витиелло прилетела на мою территорию? Что она намеревалась встретиться с моей женой? Что ей здесь понадобилось? Почему она хотела встретиться с тобой?

Вэл побледнела от моего нескрываемого гнева.

— Она хотела поговорить о Фабиано. Она переживает за него из-за войны, из-за Рокко.

— Фабиано часть Наряда. Он не ее забота.

— Если бы Леонас стал частью другой семьи, разве он больше не был бы твоей заботой?

— Леонас родился в Наряде и будет править им.

Вэл посмотрела на свой живот и слегка нахмурилась.

— Но что, если он не хочет быть таким?

— Валентина, это спорный вопрос. Леонас будет воспитан, как Капо. Больше он ничего не узнает. Ему больше ничего не нужно. Эта дискуссия окончена.

Вэл повернулась, но ее тихий вздох сказал мне, что сейчас она заплачет. Я ухватился за край раковины, считая до трех и пытаясь успокоиться. Я выпрямился и последовал за Вэл.