Нет, я забыла! Я сперва позвонила – спросила, точно ли она придет?
– А откуда номер взяли? – спросила Серафима.
– Так Лилька ж дала! Она сказала, что тебя давно милиция разыскивает. И ежли кто тебя застанет, значит, повезло жутко, смело можно брать тебя.
Шишов покрутил пальцем у виска.
– А что, посомневаться никто не догадался? – спросил он у охранников.
Те переглядывались, что-то бубнили, но похоже, такая идея им в голову не приходила. Выскочила снова Тамара.
– Я! Я сомневалась! – снова трясла она рукой теперь уже перед носом Шишова.
– Сомневалась, да! Но недолго. А чего сомневаться, если тебе родная сестра говорит? А Лилька у нас в семье всегда самая продвинутая была. Она телевизор целыми сутками глядит, чего ж ей не верить? Но я все же капельку того… сомневалась. А потом вижу – приезжает калека ваша…
– Да что ж это такое! – вскочила Серафима. – То инвалидка! То калека! Прям… прям… сейчас вместе с сестрицей… по этапу! За оскорбление человеческих достоинств!
Ее ласково успокоил Борисов – обнял за плечи и проговорил:
– Не обращайте внимания, чего с них взять.
А ваши оскорбленные достоинства я оценил. Пока только сердечно, но после… Давайте дослушаем.
Серафима уселась, демонстративно отвернувшись от Тамары. А та продолжала:
– Вот и говорю… Сначала-то я сомневалась, а потом вижу – приезжает эта… красавица ваша, косорукая да кривоплечая, ну, раненая ваша. И приезжает не на каком-то там нашем автомобильчике, а на самом что ни на есть буржуйском джипе. Прям-таки на вражеском! Ну и… дали ребяткам приказ «пли».
– Я фигею! – ухватился за голову Леша Гнездилов. – Это мой джип… я на него столько копил… вражеский?! Да я за него!
Гнездилова тоже успели ухватить. Шишов долбил по столу кулаком, Серафима старалась выпрямить плечо, а Борисов орал громче всех:
– Нет, это я, я фигею! «Дали ребяткам приказ…» Я прямо-таки опупеваю! Ребятки, мать вашу, охраннички хреновы! Почему любая баба вам приказы отдает? Кому, едри вас в кандибобер, вы должны подчиняться? И ведь самое главное: каждому – каждому! – я лично вручил сотовый телефон! Если бы не этот мужик… Сеня, если бы ты не поставил меня в ружье… О-ё! Менять всех на хрен! Немедленно! Эй, мужик! Ты, с кулаком! Семен! Пойдешь ко мне начальником охраны? Делать ни хрена не надо, только таких вот обалдуев в кулаке держать? Зарплатой не обижу.
Шишов сложил ручки в замочек и медленно кивнул:
– Обсудим это чуть позже…
– Подождите! – кричал Гнездилов.
