– Ты сейчас, как выйдешь из подъезда, на лавочке венок увидишь, а под ним мужчина – скромненький такой. Ты присматривай за ним, а?
Вера почесала за ухом.
– Честно тебе скажу… мы же на кладбище едем, а среди покойников мужчин выглядывать…
– Нет, ну Шишов-то не совсем покойник, чего ты!
– Я в смысле, что среди могил… Да и место… Не для свиданий, говорю, местечко. Ну да ладно, не потеряется твой венок.
Вера выскользнула за дверь, и Сима осталась одна в чужой квартире.
– Могли бы и еще кого-нибудь оставить, – проворчала Серафима себе под нос и тут же сообразила, что вообще обстоятельства складываются вовсе и не плохо.
Она еще раз заглянула в духовку, пожелала бледным куриным окорочкам легкого жару и отправилась в комнату. Если разобраться, так это был подарок судьбы – когда еще выпадет возможность обыскать… нет-нет-нет, не обыскать, а осмотреть квартиру потерпевшего! А ведь может случиться, что именно в каком-нибудь тайном уголке…
Думы Серафимы вспугнул грохот в прихожей. Раздались возбужденные голоса, звучное сопение, чьи-то причитания, и в гостиную втащили полуживую Алису Гавриловну.
Вдову несли двое мужчин, а возле них назойливой мухой крутилась худенькая женщина, которая пыталась заткнуть несчастной Алисе Гавриловне нос окровавленным платком.
– Господи! А кто ее так? – прижала руки к губам Серафима.
– Никто, – ответила назойливая женщина. – Ей плохо стало, кровища из носа пошла. Куда ж ее на кладбище! Мужчины, положите вдову на диван, а сами идите, автобус сейчас уже отойдет. Алиса Гавриловна, голубушка, вам полегче? Вы не переживайте, я с вами останусь.
Женщина, принесите нашатыря и валидола…
Серафима засуетилась, но отыскать в незнакомой квартире аптечку никак не получалось, она же еще не успела обыск произвести.
– Ну, чего вы там возитесь? – недовольно торопила женщина. – Сумочку мою подайте, она в прихожей висит, там медикаменты.
Как оказалась, настырная женщина была медсестрой, которая была призвана оберегать здоровье родственников. Теперь она крутилась возле вдовы и лихо трескала какие-то ампулы.
Серафима повертелась рядом – вдруг понадобится ее помощь, но медсестра справлялась сама, и Кукуева удалилась к курице. Беглым взором она оглядела кухню, но ничего необычного, конечно же, не обнаружила. Да и чего обнаружишь, когда из комнаты постоянно кричат, чтобы принесла воды, чаю или морса! Алиса Гавриловна, едва пришла в себя, тихо всхлипнула и обратилась к портрету мужа, который стоял на самом почетном месте:
– Толя… ты прости меня….
