Свидания особого назначения

Я отпил чай из кружки, присел на другой край большого дивана и ещё то долго разглядывал Липу, то просто задумчиво смотрел куда-то сквозь нее, а потом как-то незаметно для себя сполз головой на мягкий подлокотник и почувствовал, что проваливаюсь в сон. Перед тем, как отключиться, подумал, что, наверное, нужно уйти наверх, в спальню. Подумал и тут же будто начал проваливаться в темноту.

Прежде, чем проснуться, я почувствовал жар в области груди, и только потом приоткрыл глаза. Я лежал на боку, на подушке, а в моих объятиях, лёжа головой на моей руке и уткнувшись своим прекрасным курносым носом мне в грудь, обдавая жарким дыханием через ткань футболки, спала Липа.

Я не понимал, как быть. Попытаться уйти сейчас — значит, разбудить, ведь за окном уже светлело, а, значит, сон был уже не настолько крепким. Остаться — сходить с ума, вдыхая аромат ее макушки и чувствовать близость ее тела, плавиться от дыхания. Непроизвольно возбуждаться от комплекса будоражащих фантазию мелочей.

Будто испытывая мое терпение, Липа пропихнула руку мне под мышку и, обняв, прижалась крепче.

Я аккуратно положил ладонь ей на плечо, невесомо погладил пальцами по мягкой толстовке и прикрыл глаза, пытаясь мысленно унять нарастающее желание.

Сделать это не представлялось возможным. Рядом с Липой тело бунтовало, требуя, как минимум, прикасаться, прижимать к себе, целовать изящную шею, зарываться пальцами в шикарные волосы.

Я сдерживался только благодаря своей тренированной силе воли. Но на член она никак повлиять не могла, поэтому он стоял колом, упираясь Липе в область пупка.

Если она почувствует, то сто процентов решит, что я извращенец. А я даже не помню, как оказался рядом. И лежу сейчас в ее объятиях, как в капкане. И мне очень важно, чтобы она не испугалась меня, не подумала, что я воспринимаю ее исключительно как сексуальный объект. Она и так будет смущаться тому, что мы спим в обнимку. Я, уже когда целовал ее в первый раз, пришел к выводу, что девочка невинная. Голову на отсечение могу дать, на квартиру поспорить, но Липа — девственница. Да и целовалась не часто, судя по всему. Про остальные виды ласк — вообще молчу.

Не могу сказать, что у меня есть какие-то фетиши, но это вызывало интерес и желание покорить строптивую красотку, овладеть ей первым, провести в мир секса и наслаждения. Хотелось, чтобы она прочувствовала кайф от близости, чтобы раскрылась передо мной, стонала мое имя и, теряя контроль, царапала мою спину. А потом краснела и смущалась, по привычке стесняясь меня.