Тая иногда не понимала, как так получилось, что женщины где-то на задворках цивилизации уступили своё право быть им равными? Нет, видимость равноправия сохранялась, женщины занимались политикой, служили, вели бизнес. Пока им это позволялось.
Мама как-то говорила, что это связано с безопасностью. Вражеские миры не дремлют. При чем тут равноправие женщин — Тая не понимала.
— Хорошо. С чего начинать?
— С самого начала. С того момента, как к тебе… кто подошёл? Аарон? Или кто-то из его отпрысков? Или все вместе?
— А можно… мне кофе?
— Нет.
Снова давит.
Как и прошлой ночью.
Вводит в зону дискомфорта.
Тая закусила нижнюю губу.
Хорошо, Кистан-Дарен, раз ты желаешь всё знать…
Она расскажет всё.
— Началось не с того момента, как ко мне подошёл Аэрд, — она знала, что её голос звучит безэмоционально. Когда долго живешь с болью, со страхом, с раскаянием, они выжигают в тебе многие эмоции, что доступны с раннего детства, которые ты не замечаешь и которыми разбрасываешься, наивно полагая, что они будут в тебе жить всегда.
— Годом раньше. С криков моей мамы. Они разбудили меня среди ночи. Я выскочила в коридор, хотя и предпочитала не ходить по ночам, когда приезжали в дом Аарона Аэрд и Акран. Эти двое, как ты верно подметил, проявляли ко мне порой нездоровый интерес. В ту ночь я не могла не выйти. Мама очень сильно кричала. Я не могла понять причин её криков. Чуть позже я узнаю, что из-за грозы, разразившейся накануне, пострадала системы безопасности и звукоизоляции, их не успели починить.
Поэтому я и услышала… Плюс, так же вышел из строя медблок. Это я к тому, что я в любом случае бы поняла, что случилось. Я побежала на крики мамы, они доносились из их с Аароном супружеской спальни. Не думая о последствиях и наказании, я распахнула дверь. И увидела маму… её подвесили к потолку. Руки зафиксировали наручниками. Аэрд расхаживал по комнате с окровавленным хлыстом, Акран насиловал маму. Аарон сидел и наблюдал за тем, как развлекаются его сыновья.
Ни один мускул не дрогнул на лице Дарена, и Тая продолжила всё тем же бесцветным голосом:
— Они не прекратили измываться над ней.
Заставили меня смотреть. Только Аэрд, отбросив хлыст, удерживал меня. Мама умоляла отпустить… — Тая всё же не выдержала, сглотнула, — не себя, меня. Её никто не послушал. Когда я спрошу её почему она подобное терпела, то узнаю, что опять же из-за меня. Аэрд с Акраном оба претендовали на меня, готовы были взять в жены даже до совершеннолетия. Аарон отказал.
