Свидетель

Он улетел. Куда — пока непонятно. Комитет в знак благодарности за оказанное воздействие освободил меня от брака с ним, по максимуму постаравшись разорвать сделанную им привязку. У Аэрда остались сообщники. На меня на днях было организовано покушение. Его удалось предотвратить. Маршал предложил мне отправиться на Дизоль, мотивируя отдаленностью и нелюдимостью, неизведанностью данного места. Я согласилась. И вот… Я у тебя. Теперь, кажется, всё.

— Да, теперь всё.

Как и вчера ночью, она говорила лишь потому, что от неё это потребовали.

Без чувств.

Без её восприятия.

Без боли.

Словно сидела ещё перед одним Маршалом. По сути, так и было бы, не вмешайся семья Таи — Кистану-Дарену прочили великолепное будущее.

Тая научилась рассказывать о себе, абстрагировавшись. Никому не нужны её эмоции, вот абсолютно. Когда тебя на протяжении нескольких лет используют для достижения чужих целей, ты волей-неволей начинаешь оберегать то малое, что принадлежит только тебе и на что не могут посягнуть другие.

Даже маму убили.

Тая не ждала от Дарена слов сочувствия, их и не последовало. Настоящий идеальный военный. Говорят, что бывших военных не бывает, Дарен — живое тому подтверждение. Высшая каста. Элита. Даже политики не имели такой власти, какую в последние годы приобрели военные.

И тут она… Маленькая частичка во Вселенной. Кому она нужна? Правильно — никому.

Разменное звено.

Дарен молчал, и его молчание Тае не нравилось.

— Значит, так, — он словно в очередной раз прочитал её мысли. — Обижать я тебя не собираюсь. По крайней мере, физически…

Тая заставила себя сохранить подобие спокойствия на лице. Было ощущение, что она сама себя заключила в кокон и воспринимала происходящее через стеклянную призму.

— Но я хочу, чтобы ты меня слушалась. Мне не нужна строптивица в доме. Мой дом — мои правила.

Другого Тая и не ожидала.

— Конечно.

— За безопасность можешь не волноваться.

Она по-прежнему старалась не смотреть на него.

Такого красивого и одновременно холодного, чужого.

Да и был ли он ей родным?

Этот вопрос себе Тая тоже задавала не единожды. Или она придумала его, того Кистана, что смотрел на неё влюбленными глазами и говорил нежности? Ей необходимо было за что-то цепляться, вот она и цеплялась за его взгляд.

— Это хорошо, — она задумчиво поджала губы.