Свита короля

К несчастью для «Лисов», расстояние до университета Бингемтона составляло меньше тысячи трехсот километров, на перелет решено было не тратиться, и потому уже в пять утра они встали с постелей, а в шесть отправились в дорогу.

Учитывая вынужденные остановки на перекус и посещение туалета, а также неизбежные пробки, в час пик затруднявшие путь вдоль побережья, поездка выдалась изнурительно долгой. Нил даже не мог убить время за выполнением домашки, так как семестровые экзамены только что закончились, на следующей неделе студентов ждали каникулы, и на дом ничего не задали.

Через четыре часа старшекурсники принялись настойчиво доказывать необходимость в следующем сезоне оборудовать автобус телевизором. Ваймак старательно притворялся глухим, но в конце концов пообещал заняться этим вопросом, если команда одержит победу в финале. Лисы прекрасно знали своего тренера: такой ответ означал «да» независимо от результатов чемпионата. И хоть сегодня это не помогло развеять скуку, зато заставляло предвкушать новый сезон с бо́льшим нетерпением.

Еще через два часа они остановились на ранний ланч. Возвращаясь в автобус, Дэн завела с Кевином разговор о бингемтонских «Красных пандах». Кевин замешкался в проходе – ему одновременно хотелось и разобрать сильные стороны соперника, и остаться под защитой компании Эндрю. Его нерешительность привела к затору, поскольку он поднялся по ступенькам вторым, следом за Эндрю. Тот быстро заметил, что потерял Кевина, и небрежно махнул рукой. Получив разрешение, Кевин нырнул на сиденье позади Дэн и Мэтта.

Место рядом с Кевином оставалось незанятым, Нил вполне мог бы присоединиться к беседе. Кевин не говорил ничего такого, чего бы они уже не обсудили на ночных тренировках, и все же Нилу стоило слушать и мотать на ус. Кроме того, он знал, что Ники в любом случае скоро уведет разговор в сторону и легкая болтовня Лисов поможет скоротать это бесконечное путешествие.

Правда, тогда Эндрю всю дорогу просидит в одиночестве. Конечно, он этого даже не заметит, а если и заметит, то ему плевать, и все же эта мысль почему-то доставила Нилу беспокойство. Он сам практически всю жизнь провел в тени, скрываясь и оглядываясь. Был счастлив, когда не привлекал к себе внимания, – или по крайней мере думал, что счастлив, – ведь это означало, что он в безопасности.