Свита короля

 – Он не сказал «без тебя», однако Натаниэль услышал это по его тону.

– Твоя очередь, – объявил Браунинг. – Где твоя мать?

Натаниэль рассказал, как отец настиг их в Сиэтле, рассказал о жестоком нападении, которого они не сумели избежать. О пляже и песке, о том, как поджег машину, кремировал мать и похоронил останки. Ужасно несправедливо, что она не увидела, как ее брат пристрелил Мясника, подумал Натаниэль, но оставил эту горькую мысль при себе.

– И все это время ты скрывался в Сиэтле? – спросил Браунинг, которого явно раздосадовала допущенная промашка.

– Нет. Сиэтл был последней остановкой перед Аризоной.

– А что происходило до Сиэтла?

– Я хочу увидеться с командой.

– Что было до Сиэтла? – повторил вопрос агент.

Натаниэль упрямо сжал губы и уставился в потолок. Несколько минут Браунинг терпел его молчание, затем начал перечислять все, что ФБР готово предложить ему в обмен на полезное сотрудничество: снятие всех обвинений, участие в программе защиты свидетелей, возможность уничтожить бандитский клан отца.

– Я хочу увидеться с командой, – сказал Натаниэль, когда Браунинг наконец взял передышку.

– Прояви благоразумие, – посоветовал Таунс. – Не делай себе же хуже.

– Хуже? В сравнении с тем, через что я прошел? Вы для меня – ерунда. – Натаниэль слегка наклонил голову набок и смерил Таунса холодным взглядом.

– Угрожаешь федеральному агенту?

Натаниэль улыбнулся так широко, что ожоги и порезы вспыхнули болью.

– Ну что вы, куда мне. Я имел в виду: справитесь ли вы с моей семьей? Отец с матерью мертвы, но мой дядя обо мне не забыл. Что еще важнее, он не забыл, что вчерашней ночью вы дали ему добро на захват моего отца. С каких это пор сотрудники спецслужб заключают сделки с гангстерами?

– Не понимаю, о чем ты, – проговорил Браунинг с напускным безразличием, в которое Натаниэль нисколько не поверил.

– Дело ваше, – сказал он. – Я, пожалуй, вздремну.

Возражений не последовало, поэтому он закрыл глаза и отключился. Через какое-то время он проснулся от того, что в палату вошла медсестра. Когда она принялась обрабатывать обожженную кожу на кистях и предплечьях, все обезболивающее словно перестало действовать. Натаниэль до скрежета стискивал зубы и боролся с желанием отпихнуть медсестру в сторону.