Священный любовник

Последствия, вытекающие из нашего выбора, лежат на фундаменте, заложенном нашими родителями, а также предками до них. Мы представляем собой лишь следующий этаж дома или очередной камень дороги.

Фьюри медленно покачал головой.

— Мы можем выбрать иное направление. Мы можем двигаться против направления компаса.

— Я в этом не уверена.

— В это должен верить я… иначе, я ничего не добьюсь в этой жизни, дарованной тобою.

— Несомненно. — Голова Девы-Летописецы повернулась в сторону ее покоев. — Несомненно, Праймэйл.

В наступившем молчании, она казалась опечаленной, что удивило его. Он приготовился к борьбе. Черт, было сложно думать о Деве-Летописеце иначе, чем как об автопоезде в черной мантии.

— Поведай мне, Праймэйл, как ты собираешь управиться со всем задуманным тобою?

— Я еще не уверен. Но те Избранные, кому удобней жить на этой Стороне, могут остаться. А те, кто отважится отправиться на Другую Сторону, обретут безопасный приют у меня.

— Ты покидаешь эту Сторону навеки?

— Мне нужно кое-что на той стороне, что я должен иметь.

— И ты возьмешь ее, как подобает мужчине?

— Да. Если другие найдут себе супругов, то детей их я приму в лучших традициях Избранных, и буду настаивать, чтобы Роф позволил им вступить в Братство, независимо от того, на какой Стороне они были рождены. Но я возьму лишь Кормию.

— Как же чистота крови? Исходящая от нее сила? Неужели не будет никаких стандартов? Разведение тщательно планировали, ради получения силы из силы.

Он подумал о Куине и Блэе. Сильные парни со временем станут сильными мужчинами. Почему они не могут вступить в Братство?

— Это будет зависеть от Рофа. Но я поддержу его в желании принимать достойных независимо от родословной. Храброе сердце делает мужчину выше и сильнее, чем то, кем он был рожден. Посмотрите, раса вымирает, вы же знаете это. Мы теряем позиции с каждым поколением, и не только по причине войны.

Дева-Летописеца проплыла к фонтану.

Последовала длинная, очень длинная пауза.

— Меня преследует чувство, что я потеряла, — тихо сказала она. — Всех вас.

— Это не так. Совсем нет. Будьте матерью нашей расе, а не надзирателем, и вы добьетесь всего, чего ни пожелаете. Освободите нас и наблюдайте, как мы процветаем.