Святоша

За ней – магический патруль, мной не заинтересовавшийся, потому что я тихо и мирно стояла рядом с раскидистым кустом кизила. Когда они исчезли из виду, повела носом. Здешний воздух, привычно пропитанный магическими потоками, звенел, словно натянутые струны арфы, издавая неслышные для уха, но уловимые сердцем звуки. Кажется, кто-то неподалеку произнес заклинание…

– Зря вы, госпожа, не послушались, – голос Реми сбил меня с мысли. Вернее, я пыталась разобраться, откуда донесся отзвук магии, но тут мальчишка коснулся моей руки, привлекая внимание.

Встряхнул головой, позволив копне светлых немытых волос упасть на худенькое озорное личико. Сколько же ему лет? Восемь-девять, не больше. – Говорил вам, надо было около «Цветка Хольберга» караулить!

Дожидаться магистра у пансиона, где проживали дорогие куртизанки – «Нет, не гулящие девки, – важно пояснил Реми, – а куртизанки!» – старательно выговаривая это слово, – я не стала. Как-то не с руки… Поэтому решила караулить магистра у его дома.

– Больно ему Мунка нравится, – продолжал мальчик. – Правда, она худая такая, кожа и кости… Ну совсем как вы, госпожа!

– Зови меня Лайне, – в который раз попросила Реми. – Какая я тебе госпожа?

– Черненькая, вовсе на вас не похожа! – он уставился на мою растрепанную светлую косу. – Из наших, простых. Циркачка, выступала на рыночных площадях, пока ее сын градоначальника не заприметил. Поселил в «Цветке». Долго к ней таскался, больше года. Потом она его бросила. Променяла на мага…

– Реми, избавь меня от подробностей, – поморщилась в ответ.

 – Магистр волен развлекаться по своему усмотрению.

Мне до этого не было никакого дела. Единственное, что я хотела – вручить ему письмо от магини Сивиссы. Из рук в руки. Но в этом-то и заключалась моя проблема! Руки магистра, а также его голова и остальные части тела, все не попадались на моем пути.

– А почему просто не оставите письмо? – не унимался мальчишка."

"Я вздохнула в ответ. За входной дверью в доме магистра стоял старый медный поднос, заваленный потемневшими от времени свитками.

Слуга – длинноносый высокомерный тип – с противной усмешкой заявил, что лорд Шаррез не принимает. После чего предложил отдать ему послание. «Передам», – заявил он, окинув меня взглядом с ног до головы. Судя по выражению лица, увиденное его не впечатлило. Как, впрочем, и меня. В углу медного чана трудяга-паук развесил по краям застарелой корреспонденции внушительные тенета.