Святоша

Сказала, что внизу меня ждет ужин, но я отказалась. Чувствовала, что не могу сесть за общий стол и… есть, как ни в чем не бывало. Может, завтра. Но не сегодня.

– Лайне…

– Прошу тебя, Иддилин! Поговорим позже. Я буквально валюсь с ног.

– Конечно, дорогая! Пришлю ужин в твою комнату, – возле ее рта залегли скорбные морщинки. – Лайне, поверь, мне так жаль! Весь этот ужас, который сотворил мой свекр… Он не должен был произойти с тобой.

– Я даже рада, что он произошел со мной, – пробормотала в ответ. – Вернее, со мной и Сайари.

Как видишь, мы… Мы довольно крепкие и можем за себя постоять. Боюсь представить, что было бы, если на моем месте оказался бы кто-то другой! К тому же нас вовремя нашли…

Иддилин покачала головой.

– Нет, Лайне! Ты не должна была столкнуться с этим лицом к лицу. Ужасная, проклятая вещь эта несовместимость!

– Ужасная, – согласилась с ней, поняв, что еще немного, и я присяду… Нет, прилягу вот здесь, свернувшись калачиком на этой самой ступеньке.

– Этар любит тебя, ты любишь Этара, – продолжала Иддилин.

 – Я это вижу. Все это видят! Вы созданы друг для друга. Даже не вздумай возражать! И я надеюсь, вернее, молюсь всем богам, чтобы ваша любовь справилась с этим испытанием! – наконец, добавила девушка."

"Я была не в силах говорить с ней о чувствах, которые, казалось, впали в зимнюю спячку.

– Не сейчас, Иддилин! Отложим это на завтра, – попросила у жены будущего Верховного Вождя Аров.

Скрип ступенек, и по дубовой лестнице с первого этажа поднялся Этар Хаас.

Иддилин ретировалась, напоследок сказав, что будет рада видеть нас – всех нас! – на завтрашней церемонии коронации в Храме Света. Я кивнула неопределенно. До завтра еще слишком далеко, а сегодня тянулось бесконечно.

Этар жаждал со мной поговорить, но я совсем не держалась на ногах, а ступени на третий этаж казались подъемом на вершину мира. Поэтому даже не протестовала, когда он подхватил меня на руки и отнес в комнату, где уже дожидалась уставшая Трисс. Подруга бесцеремонно выставила ар-лорда за дверь, сказав ему напоследок что-то вроде «утро вечера мудренее».

Затем заставила меня что-то съесть и помогла скинуть одежду. Вообще-то Иддилин приставила к каждой из нас горничную, но мою Трисс прогнала, сказав, что справится сама. Расплела, расчесала мне волосы, затем приказала идти в кровать.

– Как там магистры? – спросила, зевая, у нее.

– Мужчины занимаются мужскими делами, – ответила подруга. Шевельнула пальцами, и свечи погасли.