Связанные кровью

Вместе мы со всем справимся.

Я погладил Джианну по спине и осторожно оторвал ее пальцы от дверного проема, прежде чем подтолкнуть ее наружу. Лил мягкий дождь, и мы все промокли.

Я потянулся за ключами, думая, что мы, как обычно, возьмем две машины, но Лука покачал головой.

— Думаю, мне лучше сесть за руль. Ты сумасшедший водитель в свои лучшие дни, а сегодня не один из таких.

Я только кивнул, не имея даже мозговой способности ответить.

Джианна продолжала сжимать руку Арии и мою в другой.

— Джианна, детка, мы все не поместимся на заднем сиденье, — мягко сказал я.

Она не отпустила ни одного из нас. В конце концов мы неловко втиснулись на заднее сиденье машины Луки. Джианна тяжело дышала, сдвинув брови.

— Лука, я испачкаю твои сиденья, — выдохнула она, когда мы выехали.

— Это не имеет значения, Джианна, — спокойно ответил Лука.

Я хотел его спокойствия. Даже когда Ария рожала, он был удивительно спокоен по сравнению с тем, что я чувствовал сейчас. Джианна снова напряглась, тяжело дыша.

— Блядь, — прошептала она, качая головой.

Глаза Арии расширились.

— Остановись!

— Что? — спросил Лука.

— Остановись, ребенок на подходе, — закричала Ария.

Лука остановил машину, но все, что я мог сделать, это в ужасе смотреть на Джианну, которая задыхалась и плакала.

— Вызови скорую, — приказала Ария. Потом ко мне. — Вылезай из машины.

Через пару минут Джианна растянулась на заднем сиденье, а я встал на колени позади нее, так что она уперлась в мои ноги, а Ария оказалась между ног Джианны.

— Не тужься слишком сильно, Джианна, а то порвешься, — проинструктировала Ария.

Как она могла говорить так чертовски спокойно?

Лука стоял у нее за спиной, наблюдая за происходящим и стараясь не смотреть на Джианну. Машины проезжали мимо нас, сигналя и выкрикивая проклятия.

Джианна снова вскрикнула, и ее дыхание стало прерывистым.

— Джианна. — В голосе Арии послышалось легкое раздражение. — Тужься.

— Зачем? — тут же спросил я.

— Пуповина обвивает горло ребенка, — сказала она.

Я вцепился в Джианну, а она в мои руки. Черт, что, если я потеряю ее и ребенка? Блядь. Меня начало трясти. Мое зрение затуманилось, будто я попал в кошмар. Я видел так много ужасов, но ничто не могло сравниться с этим, с мыслью потерять все, что имело значение.

Джианна напряглась, когда начала еще раз тужиться.

— Головка вышла, — сказала Ария напряженным голосом. — Я попробую вытащить его плечи.