– Рузи, ты не передумала? – прежде, чем поздороваться, спросила она.
– Нет, сейчас я рассчитаюсь с твоим отцом, и мы поедем домой, - успокоила я девушку.
Четыреста с небольшим килограмм завесили на прядильне, приняли от меня оплату. Я получила расписку и попрощалась с Леовой на две недели, забрав у нее деньги на триста килограмм шерсти, которые нужно было купить лично для нее.
– Мистер Фиц, не переживайте. Вы отдадите мне оставшуюся шерсть со следующей стрижки. Вот деньги, - я протянула ему мешок с сотней серебряных и деньги Леовы: - Эти деньги на шерсть по прежней цене, но ее нужно сейчас.
Вы можете попросить одного из ваших соседей привезти ее сюда? Запишите на мое имя.
Он радостный, готов сейчас был на все, что угодно. Мы поговорилио миссис Фиц, что ждет его с близнецами возле конторы банка, он, поцеловав дочь в лоб, удостоверился, точно ли она уверена, что стоит уходить с фабрики в такой сложный для них период, выдохнул и уехал. Мы с моей новой подругой сели в коляску."
"Дома я показала ей кухню, чулан и свою комнату, обозначив, что, если в комнате прибудет шерсти, места для кровати не останется вовсе.
– Рузи, я могу спать на матрасе в том чулане. Завтра я разберу его, и попрошу отца привезти мой шерстяной матрас. Он привезет нам яйца, вяленое мясо, сыр и молоко, - девушка чувствовала себя должной, и не переживала за жесткость спального места вообще. Ее интересовала моя рамка с пледом:
– Так вот, значит, как они делаются? – она ходила вдоль стены, рассматривая плед на просвет, трогала, разглядывала узелки, которые на этот раз я запланировала превратить в помпоны, чтобы пледы были разными.
– Да, и сегодня Дирк сделает еще одну такую рамку, только чуть уже. Мы поставим ее к стеллажам, чтобы не мешать друг другу. Ты научишься быстро. У нас есть неделя, чтобы заработать денег за работу в прядильне и на покраску.
– Я готова начать хоть сейчас, Рузи, - Марита рвалась в бой.
– Идем обедать, нам нужно дождаться Дирка, - ответила я, указывая на то, что мужчина сейчас занят укреплением углов моей двери и самого проема.
Засов внутри будет закрываться и снаружи с помощью увесистого ключа.
– А в этой комнате кто живет? – указала она на дверь, где засов стоял снаружи, и это, конечно, вызывало массу вопросов.
– Там живет моя мать, но с ней нельзя разговаривать – она обманет тебя и сбежит. Тогда она приведет церковников, что лишат нас и дома, и всего что в нем есть, Марита. Никогда не входи туда, и никогда не держи дверь на улицу открытой.
