СВО. Пекло войны

В период СВО они себя проявили по максимуму, когда у них в распоряжении появились западные системы, позволяющие бить далеко. Об этом пропагандисты забывают упомянуть, когда приводят удобные для них факты, намеренно утаивая причину и контекст происходящего.

В действительности любой проживающий в городе дончанин или гость города мог рассказать об ежедневных обстрелах прифронтовых и фронтовых районов, пусть и не таких частых, но ударах по отдаленным от передовой частей Донецка. Не говоря уже о населенных пунктах, которые располагались непосредственно на линии боевых столкновений, где обстрелы не были новостью, а скорей стали неотъемлемой частью жизни, с которой необходимо было свыкнуться и научиться жить.

Так и жил Донбасс долгие годы, совмещая в себе войну и мир, промышленность и цветущие парки с чистыми улочками.

Период СВО внес свои изменения в и без того контрастную жизнь в Донецке. Проходя по Калининскому району, поймал себя на мысли, что сейчас город обзавелся еще одной противоречивой чертой.

Хотя район не прилегает к линии фронта, последствий боевых действий здесь хватает. ВСУ забрасывали жилые дома всевозможными западными снарядами – куда смогут дотянуться. Отсюда и поврежденные дома, забитые листами ДСП окна, дыры в стенах или вовсе уничтоженные под основание здания. Подобное может впечатлить гостя города, но не дончанина, который видит такое ежедневно, а последствия ударов ВСУ уже стали привычной частью общей картины.

Что же в действительности выбивается из этого – наличие строительной техники и рабочих бригад. Строители перекладывают брусчатку, меняют бордюры, ремонтируют подземные коммуникации, практически с нуля обустраивают новые парки и скверы для местных жителей. И подобное наблюдается не только в Калининском районе, но и в других. Разумеется, с прифронтовыми и фронтовыми районами дела обстоят иначе в связи с военной обстановкой.

Кадры со строительной техникой могут показаться нереальными. По крайней мере для людей, живущих в военной действительности практически 10 лет. В массовом сознании укоренилась картинка с разрушениями из репортажей журналистов. В этом есть и моя доля вины, так как сам по большей части сконцентрирован на боевых действиях, позабыв об иной стороне жизни в Донецке. А она есть, несмотря на отсутствие внимания со стороны массового зрителя.