Уедем в Англию, будем жить нормально. Родители за. Все останутся довольны.
— Это как же тебе хочется в совет директоров, если даже на фиктивный брак согласен, — усмехаясь невесело. Похоже, мое предназначение в том, чтобы быть для всех «удобным вариантом»."
"— Фиктивный? — голубые глаза сверкнули, как у хищника, но огонь быстро погас, сменившись усмешкой, — я ни разу, ни слова не говорил про фиктивность. Брак будет настоящим. Со штампом в паспорт, постелью и детьми…позже. Я предлагал свободные отношения, в которых каждый может «найти радость» на стороне.
— Мартыном! Мне даже слушать это тошно! Какие дети? Какие свободные отношения? — вскакиваю на ноги, преисполненная праведного негодования, — все, закрыли тему.
— Как знаешь, — недовольно хмурится, — у тебя еще есть время на раздумья. Пару недель, не больше. Потом я уезжаю…
— Нет! Мой ответ нет! И другого не будет, — режу окончательно, надеясь, что в этот раз он воспримет мои слова в серьез.
Мартынов ничего не отвечает, только цыкает досадливо и качает головой.
На этом неудобную тему закрываем.
***На следующий день я вышла на работу. Настроение отвратное, делать ничего не хочется, а еще страшно оттого, что могу на Неманова нарваться. Что ему сказать? Что он мне скажет? Да и захочет ли вообще со мной говорить? Может, пройдет мимо, не заметив, не оглядываясь, а мне не останется ничего иного, кроме как смотреть на его удаляющуюся спину.
Дома вроде успокоилась, начала свыкаться с мыслью, что все кончено, а здесь снова накрыло. Мне казалось, что я ото всюду слышу его голос, улавливаю терпкий аромат его туалетной воды, чувствую взгляд на себе.
Конечно, это бред. В приемной, где я сидела, нет никого, кто бы на меня смотрел.
Никому не было до меня дела.
Только Юрий Константинович с тревогой поглядывал, когда оказывалась поблизости, и по-отечески спрашивал все ли у меня хорошо.
Я стойко улыбалась, оправдывалась слабостью после болезни и тайно глотала предательские слезы, которые то и дело наворачивались на глаза.
Это просто мука какая-то!
Не представляю, как дальше работать в этом месте.
Просто не представляю.
К счастью, начальник попался совестливый, отзывчивый, заботливый. Поэтому никуда не отправлял меня с поручениями, придерживал задания, опасаясь, что я свалюсь без сил.
На самом деле с силами было все в порядке. Физически я полностью оправилась, а вот с душой — проблемы. Там, словно после атомного взрыва, все раскурочено, отравлено, кровоточит и не собирается заживать. Сгораю заживо.
