— Не утруждайся.
Кажется, друг с восхищением провожает ее взглядом, цыкнув. Особо тщательно он осматривает ее зад, обтянутый платьем.
— Горячая чика.
— Это моя подруга, придурок, — подает внезапно голос его двоюродная сестра. На ее плече, посапывая, дрыхнет Макс. — Так что следи за языком и не сильно распускай свою баварскую колбаску.
Я сам уже готов кастрировать Анри и руку, и его баварскую колбаску, которую он уже мысленно пытается пристроить в нимфу. Хер тебе, чертов фриц. Видел я твой некрепкий середнячок, которым ты мотал на каком-то фестивале в Германии, нажравшись бесплатного пива.
Вряд ли со студенчества он сильно увеличился.
— Эй, а ты куда? — интересуется этот блондинистый фриц, когда я поднимаюсь следом с диванчика. — Ты только недавно уходил?
— Позвонить, блядь.
Анри поджимает губы. Догадался, скотина, но и хрен с тобой.
Я, как хищник, выцепляю взглядом Оксану среди трясущихся в мигающей светомузыке потных тел. Она юрко лавирует через них, трясет блестящей гривой, направляясь к бару.
Подходит к стойке, отмахнувшись от назойливых обдолбанных придурков, которые пытаются ее облапать. Одному из них я случайно заряжаю локтем под ребра, и он падает, скорчившись, и плюясь ругательствами.
Я настигаю нимфу, когда она мило улыбается бармену, тыкая в меню пальчиком. Подхожу сзади и нагло вдавливаю готовый порвать джинсы член между ее мягких горячих половинок. Нимфа испуганно охает, вздрагивает и пытается повернуться.
— Стой смирно, стерва, — шиплю я, наклоняясь к ее шее, и прикусываю сладкую кожу зубами.
— Ты, приду… о Боже, — выдыхает внезапно Оксана, когда я оттягиваю кожу, оставляя на ней отчетливый след от зубов. — Больно… идиот…
— Будет еще больнее. Какого дьявола ты творишь?
— Что? — она фыркает. — Не понимаю, о чем ты?
— Ведешь себя, как доступная девка, Оксана. Думаешь склеить Анри? Разочарую тебя, он сраный гедонист, — я облизываю ее шею и местечко за ухом языком, отчего по телу нимфы прокатывается дрожь. — Ему нужны отношения без обязательств.
Сегодня он трахает тебя, завтра другую вовремя подвернувшуюся девку.
— И что? Не хуже женатого мужика, который не умеет держать ярость в себе, — рычит нимфа, пытаясь отпихнуть меня бедрами. Да, крошка, еще сильнее. Я пробираюсь рукой между ее телом и барной стойкой и сжимаю грудь. — Ты что творишь..?
— Оксана, я не могу тебе рассказать причины, по которым я по-прежнему женат. Будь моя воля — и я бы давно нахер развелся.
— Да-да.
