Сводная Чужая (СИ)

И меня тоже, вместе с моей мамой. Ну и как их отсюда вытащить обеих?

  — А почему он тебя оставил? Не отказался? Мог бы отдать тебя.

  — Кому? Государству? — горько усмехнулась Нина. — Ты думаешь, в детском доме мне было бы лучше? Посмотри в интернете, как живут там дети и подростки. Особенно девочки.

  Да, зерно правды здесь есть. Жизнь в детском доме вряд ли легкая, хотя я знал об этом лишь понаслышке. Отца у меня нет, но мама никогда меня не обижала. Жизнь детей-беспризорников меня никогда не касалась.

  — А позволил остаться потому, что для него важна репутация.

Если он выгнал бы дочь пропавшей жены, то на него бы косо смотрели. По этой же причине и тебя не выгнал сразу, Яр.

  Я посмотрел задумчиво на Нину. Действительно, даже после всех оскорблений Геннадий не указал мне сразу же на дверь. Не любит сора из избы выносить. Но это сейчас на руку. Мне нужно время, чтобы понять, как ей помочь.

  — Мне жаль, что все вышло так…

  Внезапно Нина сама потянулась к моим губам. Легкий поцелуй, даже чмок, так взбудоражил, что я не смог её отпустить.

Придвинулся ближе и продолжил поцелуй. Старался не напирать, чтобы не причинять боли её раненой губе, но сдержаться было сложно.

  Провёл языком по ещё свежей ранке, и она тихо застонала. Чёрт, что я творю, это сейчас не к месту…

  Уложил её на матрас и продолжил поцелуи. Она отвечала, доверчиво прижимаясь ко мне.

  — Ты все еще хочешь, чтобы я выполнил твою просьбу, Нина? — спросил я, сжимая ее ягодицу. — Я тебя хочу.

  — Ярик… — она приподнялась и надавила мне на плечи, чтобы я отодвинулся.

— Мы должны остановиться.

  Я отпустил ее и сел на кровати, пытаясь выровнять дыхание. Нашёл время, дурак.

  — Я хочу, чтобы мы переспали, — негромко сказала она.

  Повернул к ней голову. Я не ослышался? Тогда почему сейчас остановила меня?

  — Но не сейчас. Отец скоро вернётся.

  Она снова сама потянулась за поцелуем, распаляя меня сильнее.

  — Завтра отец уедет в командировку, — шептала она под мои поцелуи, которыми я осыпал ее шею.

— Приду. Ночью.

  — Мам, — утром постучал я в комнату матери и Геннадия, когда тот уехал на работу.

— А? — отозвалась она. — Заходи.

  Я вошёл в комнату и прошёл к креслу у окна. Мама крутилась возле туалетного столика.

  — Как дела, сынок? — спросила она, глянув на меня в отражение зеркала.

— Нормально, — ответил я, не зная, как начать разговор, который маме точно не понравится.

— Давно не видела тебя. Со своим гаражом совсем пропал, — ворчала она.