Толмачев сам по себе очень дорогой мальчик. Породистый.
— Ты не представляешь, как я оказался рад, что твоя подружка не удалила мой номер. Спал уже, когда мне позвонили две бухие в хлам тёлки и сказали, что тебе плохо и я срочно должен приехать. Подорвался, приехал.
— Почему они позвонили тебе? — закусив губу, смотрю на него через упавшие на лицо мокрые пряди.
— А что, есть варианты?! — его тон становится резким, хриплым, с надрывом.
— А если есть? — выше поднимаю подбородок.
Его лицо меняется. Напрягается шея.
Взгляд больше не похож на щенячий. Сейчас он напоминает мне, что передо мной настоящий хищник.
— В клубе я нашел дрова, — цедит сквозь зубы. — Ты зачем так напилась? Тем более ты не умеешь пить! Ты вообще понимаешь, что делают с девушками в твоем состоянии в подобных заведения?! — бесится он. — И давно ты куришь? — вываливает на меня все свои эмоции.
— Курю?
— От тебя сигаретами несло за километр! И не лги, что прилипло. Я курил и прекрасно знаю разницу в концентрации запахов.
— Чего ты орешь на меня, будто я ребенок?! — вскипаю в ответ.
— Ты мне вообще чужой человек! Ты сам так решил! И теперь будешь меня воспитывать?
— Буду, Лада! Потому что в отличие от тебя, я в таких клубах бывал не раз. И тёлок бухих разводил на секс в сортире. Они охрененно сосут, знаешь ли, в таком состоянии! И много на что готовы, потому что в башке в этот момент ничего! Только музыка и бухло. Бери и делай все, на что способна твоя фантазия. А знаешь, кто страшнее просто пьяной неопытной девочки?
— Кто? — обиженно и ревниво смотрю на него.
— Обиженные мужчиной пьяные неопытные девочки. Выпороть тебя хотелось адски. У меня до сих пор руки чешутся!
— Только попробуй! — крепче сжимаю в руке вилку. Кир смотрит на нее, усмехается.
Не страшно ему. А вот мне страшно. Потому что он прав. Но оправдываться я не стану. Мне это было очень - очень нужно. Клуб стал рычагом, разжавшим тугую пружину в моем животе. Каждому человеку нужен срыв. Прокричаться, поколотить боксерскую грушу или напиться. Я прокричалась внутри себя и залила это все крепкими коктейлями.
Это моя личная психотерапия! От него между прочим!
И где я в итоге оказалась? Прибью завтра Настю!
Молчим. Между нами только тяжелое дыхание и его злющий, многообещающий большие проблемы взгляд.
— Ешь, — кидает мне и уходит из кухни."
"Вжимаю голову в плечи, слыша серию глухих ударов. За спиной раздаются его шаги. Быстро принимаюсь есть, глядя, как на пол с разодранных костяшек капает пара капель крови.
