И утром, когда Кит подвозил меня до универа, он не казался мне жестоким.
Наверное, я себя уговариваю, чтобы не бояться его.
Встаю с кровати, кутаюсь в уютный клетчатый плед и выхожу из комнаты. В доме тихо уже. Я выбираюсь на улицу и решаю прогуляться по освещенным, блестящим после дождя дорожкам.
Оказавшись под окном своей бывшей комнаты, ощущаю, как за секунду вспыхивают мои щеки.
Не знаю, зачем подняла взгляд.
У Кита в спальне открыто окно и именно оттуда в тишине ночи отчетливо слышны недвусмысленные женские стоны, вызвавшие мое смущение и негодование.
Закутавшись в плед плотнее, спешу убраться подальше от этого места. Ухожу на задний двор и только тут останавливаюсь, чтобы перевести дух.
Нигде от него нет покоя. В доме Кит, в универе тоже Кит. И даже во дворе без его присутствия не погуляешь!
Пнув пышную кучу влажных разноцветных листьев, иду дальше. Возвращаться в дом совсем не хочется.
Не знаю, сколько так брожу. Ноги замёрзли и поспать хоть чуть-чуть все же надо попробовать. Иду ко входу.
На крыльце стоит оно! Чудовище, изо рта и ноздрей которого идёт дым.
Кит накинул на голые плечи кожаную куртку. Кутается в нее и огонёк его сигареты вновь становится ярче.
— Не спится? — интересуется чуть хрипловатым голосом.
— Мама из-за тебя плакала, — отвечаю ему.
— Она плакала из-за себя, — его мои слова ни капли не смущают. — Надо было выйти замуж за человека своего уровня и ему готовить ту дичь, которую она выставляет на наш стол.
— Кит, да это вкусно! — взрываюсь я. — Простая еда, да.
Но она вкусная!
Он улыбается, глядя на меня своим фирменным взглядом. Не скалится, не ухмыляется, а именно улыбается, и я теряюсь, давясь собственными словами.
Сводный сбегает со ступенек, берет меня за руку так резко, что с моих плеч едва не слетает плед. Тянет за собой. Я упираюсь.
— Лада, не беси меня, — он тянет сильнее, и я по инерции делаю несколько быстрых шагов следом.
Кит быстро проводит меня через гостиную и столовую. Останавливается на кухне. Пока я не очнулась, хватает обеими ладонями чуть ниже талии, подсаживает и устраивает на одной из кухонных тумб.
Я неосторожно вдыхаю его запах. Адский, терпкий коктейль с нотками сладковатых женских духов, мускуса, пота и кожи. Похоже, кто-то не был в душе после секса с очередной подружкой.
— Сидеть! — приказывает он.
— Зачем мы здесь? — с опаской смотрю, как он примеряется к ножам на подставке. — Я спать хочу. Я пойду, — уже собираюсь слезть, но под его взглядом передумываю.
