"
"Кит достаёт из холодильника подмороженный кусок мяса. Кидает его в микроволновку на быструю разморозку. Возится со спаржей, морковью, картофелем, томатами, какими-то специями.
Разделывает мясо, обмазывает его приготовленным соусом и оставляет в тарелке. Заканчивает с овощами, ставит их в духовку.
Я стараюсь не уронить челюсть от того, что вижу.
— А ты думала, я в Америке четыре года одним фастфудом питался? На что бы я был похож?
— Я вообще о тебе не думала.
— Врёшь, — а вот и самодовольная ухмылка на его красивом лице.
— Готов поспорить на пару штук евро, что после нашей встречи в ванной, ты только и делала, что думала обо мне, — язвит, прижаривая мясо на гриле.
По кухне разносятся какие-то нереальные ароматы. Он достаёт овощи из духовки. Окунает их на несколько секунд в холодную воду и оставляет на тарелке.
Заканчивает с мясом. Красиво режет его на сочные бруски, выкладывает на две тарелки. К ним добавляет те самые овощи, красиво украшает зеленью и каким-то другим соусом.
— Прошу, — протягивает мне красивое, яркое блюдо с ароматом, от которого рот моментально наполняется слюной.
— Вот это еда, сводная. А не те помои, что вы ели на ужин.
Я жду, когда он начнет есть, мне тоже хочется. Это выглядит и правда невероятно вкусно. Я вижу, как на его губах остаётся сок и соус от мяса. Только обида за маму гораздо сильнее, и я понимаю, что подписываю себе смертный приговор, переворачивая тарелку с приготовленной им едой на пол.
Быстро спрыгиваю с тумбы. Бегу к выходу. Кит чем-то гремит там сзади, матерится.
Добегаю до лестницы и на этом мой побег заканчивается. За секунду оказываюсь прижата к его гибкому, обнажённому торсу. Лопаткой чувствую, как грохочет сердце чудовища. Мое в обмороке, я ведь не боец. Совсем наоборот. Я никогда никуда не встреваю. Я неконфликтная и незаметная. Мне так комфортно. А сейчас нет! Сейчас он опять позволяет себе вторжение на мою территорию. И этот проклятый запах обволакивает меня, остается на открытых участках кожи осязаемой плёнкой.
Кит нагло вдавливается пахом в мою попку.
Дергаюсь. Эффект получается обратный. Он только сильнее меня прижимает.
— Отомстила за мамочку? — раздаётся у самого уха. — Или нравится тащить в этот дом грязь из своего болота, и ты просто не способна оценить что-то выше борща и вонючих котлет?!
— Да пусти же ты! Что ты все время меня трогаешь?! Мне не нравится!
— Снова ложь. Я очень хорошо чувствую твое тело, Лада. Слышу, как ты сейчас дышишь, — водит носом по моим волосам.
