Сводные поневоле

Корил себя, изводил, пытался контролировать то темное, что восставало внутри рядом с ней из раза в раз. Старался спрятать, чтобы никто не догадался, но в итоге сдался.

Понял, что рано или поздно могу сорваться. И тогда сделал то единственно верное, что было допустимо — отстранился. Наши встречи сошли на нет — я мастерски избегал их.

В то время я как раз начинал свой путь в бизнесе отца. Дел было полно — хотел разобраться во всем, пойти с низов, научиться всему сам. Так что даже придумывать причины, чтобы избегать встреч с сестрой, не пришлось.

Год за годом мы отдалялись все больше. Я дико скучал по тому доверию, той связи, что когда-то у нас с ней были. И в то же время пытался вытравить из себя любое напоминание об этом.

Бесконечные мимолетные знакомства приносили облегчение лишь на короткое время. Я словно искать свой якорь, что-то, что поможет мне удержаться, не пасть так низко, что самому станет противно.

И сейчас, оглядываясь назад, я понимал — у меня почти получилось. Последний год я практически не вспоминал про рыжую занозу.

Но теперь снова все пошло кувырком. И у меня оставался только один способ обезопасить Еву от себя и своей нездоровой одержимости и при этом выполнить последнюю волю отца.

Даже если ей это не понравится. Плевать. Так будет правильно.

Выехав с территории дома, набрал номер Алана.

— Ты дома? — отрывисто спросил я.

— И тебе здравствуй, — иронично ответил друг. — Дома.

— Скоро буду.

Отбросил мобильный и крепко сжал руль. Никому, кроме Евы, не удавалось вот так легко вывести меня из себя.

Но я должен был помнить, что нельзя. Я не имел права…

Мотнул головой, отбрасывая опасные мысли. Нужно было двигаться дальше и сделать все, как надо. Именно так убеждал себя, пока ехал к Бестужеву, чтобы обсудить будущее моей сестры.

— Неважно выглядишь, — заявил Алан, едва я прошел в квартиру. В ответ недовольно зыркнул на друга. Настроение было ни к черту, а если учитывать, ради чего я приехал, так и вообще — хорошо, что мог держать себя в руках.

— Ева прилетела.

— Логично. Похороны завтра. И как она? Поговорили?

— Поговорили, — вздохнул я. — Дерьмово, правда, как-то вышло.

— Снова поцапались? — я только поморщился. — И что планируешь делать?

— Хочу замуж ее выдать.

Сказал, а у самого в груди все выворачивало. Но я твердо решил, что это единственное, что сможет удержать меня.

Бес присвистнул и покачал головой.