Сводный брат бесит

В любую. Да хоть в мою!

Но Громов плюхается на кровать в полуметре от меня и укладывает компьютер на колени.

— Спокойной ночи, Маш, — невозмутимо произносит. — Я надену наушники. Свет от экрана же тебе не мешает?

— А где ты будешь спать? — осторожно уточняю, подтягивая одеяло повыше к подбородку.

— Здесь, где же мне еще спать?

— Кхм, но тут сплю я…

Что-то меня подбешивает его нарочитое спокойствие. Ведет себя, как будто мы с ним в одной постели — это что-то само собой разумеющееся.

— Я тогда пойду к себе, — отбрасываю одеяло и встаю.

— Иди, — прилетает мне в спину.

Дергаю дверную ручку, а она не открывается. Пробую еще раз.

— Я не могу открыть дверь.

— Так я же сказал, выход платный.

Со всей силы хватаюсь за нее и начинаю резко дергать, надеясь, сломать замок. Но не тут-то было! В доме Громовых все сделано по самому высшему качеству. Бросаю эту затею и разворачиваюсь к Данилу. Он продолжает невозмутимо лежать с ноутом на коленях и что-то печатать на клавиатуре, не обращая никакого внимания на мои попытки выбраться из его комнаты.

— Я сейчас эту дверь выбью, — зло шиплю,

— Подожди, я сниму ТикТок, — и тянется за телефоном к тумбочке со своей стороны. Быстро бьет пальцем по экрану, наводит на меня айфон и командует: — давай, я начал снимать.

В жилах закипает злость.

— Ты меня бесишь, — цежу сквозь зубы.

— Спасибо, я стараюсь.

Я иду ва-банк: возвращаюсь обратно в кровать. Данил наконец-то перестает меня снимать и откладывает телефон. Теперь еще наверняка будет шантажировать меня этим видео, где я в пижаме.

Мне ничего не остается, кроме как повернуться к Данилу спиной и попытаться уснуть. Я должна успокоиться и наконец-то погрузиться в царство Морфея, ведь завтра снова на работу. Но ситуация, которая сейчас складывается — пипец странная. Мы не спали на одном предмете мебели, даже когда были друзьями.

За спиной слышится возня. Данил выдвигает ящик тумбочки, судя по звукам, что-то достает оттуда. Слегка поворачиваю к нему шею, чтобы посмотреть. Наушники. Будет продолжать смотреть фильм, значит.

Я устраиваюсь на подушке поудобнее и закрываю глаза. Легкие уже давно наполнились запахом Данила: тут вся постель им пропитана. На удивление меня это не раздражает. Наоборот, даже, черт возьми, нравится. Он пахнет чем-то морским, а я так давно не была на море. После смерти папы мы с мамой не ездили в отпуск. Разве что к бабушке в Рязань.

И я сама не замечаю, как погружаюсь в сон.

Я просыпаюсь от того, что на меня давит тяжесть.