Здание построено колодцем, мы стоим в учебной части, а напротив как раз жилая.
— Окна моей «семьи», второй этаж.
— Семьи?
— У нас живут «семьями». Секция, шесть комнат. Одна большая для малышни, она общая. Там три девочки, три мальчика. Для тех, кто перешёл в средние классы — мужская и женская по три человека.
И для старших две комнаты, там обычно по двое живут. И одна общая комната — зал, игровая… Три постоянных воспитателя. Работают сменами. И получается типа — семья живёт в большой квартире. Дети всех возрастов… Вместе растут, общаются.
Семей всего двенадцать.
Процессия снова начинает движение. Мы идём позади.
Останавливаемся у стенда достижений. Много фоток. В центре три больших. На одной — я. Ещё сопливый, лет пятнадцати. Другой не нашлось что ли… А регалии уже серьёзные, это я позже конечно получил — «Мастер спорта по самбо».
Включаются камеры…
— Это же ты! — подходит Яся, ведя пальчиком по фотке за стеклом.
— Иван, наша гордость! — рассказывает отцу директриса. — Интернат поддерживает детей, которые решили посвятить себя спорту.
— Ну да! — улыбаюсь я. — А давайте в спортзал сходим?
— А он на ремонте… — прищуривается она на меня многозначительно. — Летом у нас ремонт всех спортивных помещений.
— А что у вас там с оснащением? Выключите камеры, — распоряжается отец.
— Хорошенький, — любуется мной Яська.
Из актового зала с гулом высыпает малышня после спектакля, что заказал им Алексей Михайлович.
Неожиданно оттуда отделяется Стася, и подбегает к нам. Смущаясь прижимается к Ярославне.
Яся, замирая, растерянно кладёт руку ей на голову.
Ну новенькая мелочь у нас вся такая липучая… К знакомым жмутся за теплом. Потом остывают.
— Это за Стасей приехали! Стасю заберут! — громко шепчутся дети. — Это к ней. Это кто? У неё же умерли! Нет-нет! Точно заберут!
Процессия замирает.
— Станислава… — с лёгким доброжелательным осуждением в голосе, директриса за руку оттаскивает Стасю.
Яська яростно тянет её обратно, бросая свирепый взгляд на директрису.
— Она с нами погуляет!
Стася, с опаской вцепляется нам в руки.
Да… Это так гордо, когда к тебе кто-то приезжает, что ты кому-то нужен. И даже если это не совсем так, малыши душу продадут за эту иллюзию!
Мы ведём Стасю за руки между нами, отец несколько раз растерянно оглядывается на нашу троицу.
— Что это за девочка? — тихо уточняет у меня Борис.
— Обычная девочка. Спортсменка. Самбистка. Умница-красавица. Сирота. Что ещё? — цежу ему тихо.
Камеры снимают…
Мне похер.
