Настроение отличное, на губах играет улыбка.
— Здравствуйте! — приветствую пациентку. — Вы меня ждали?
— Виточка! — радуется Римма Львовна. — Ждала!
— Как себя чувствуете?
— Вот тебя увидела, и уже отлично! До этого ко мне заходила другая медсестра, но я прогнала её, потому что в прошлый раз из-за неё выпал катетер, а ты знаешь, как сложно на моих руках найти вену.
— Сложно, очень! — соглашаюсь с ней. Но у меня каким-то чудом с первого раза получилось.
Я устанавливаю капельницу, спрашиваю об ощущениях. Голова не кружится, не тошнит?
— Можешь сильнее напор включить, — просит Римма Львовна.
— Ко мне сын должен приехать сегодня, хочу иметь возможность ходить.
— Только сыну своему скажите, чтобы придерживал вас. Вы дама сильная, но после капельницы не рекомендуется ходить. Минимум полчаса полежать нужно.
— Хорошо, Виточка.
Я ухожу, попросив Римму Львовну нажать на кнопку вызова персонала, как только закончится флакон. Она кивает и провожает меня взглядом до двери. Наконец-то к ней кто-то придёт! Несчастная женщина в одиночку пережила операцию по удалению матки.
На следующий день забегала подруга, но сын — ни разу. Я видела, как она плакала. Утешала, веселила её, как могла.
В манипуляционной мне звонит Вера. Она работает по сменам, но сегодня у её свекрови юбилей, поэтому она просит меня немного задержаться.
— Надолго не смогу, Вер. Мне бабулю на вокзале встречать. Я рассказывала, помнишь?
— Помню, Вит! Я недолго задержусь. На час, максимум два.
Сбросив вызов, слышу сигнал из тринадцатой палаты, где лежит Римма Львовна.
Оставляю телефон на кушетке, выхожу в коридор и быстрым шагом направляюсь на вызов.
— Уже закончился флакон? — спрашиваю больную.
— Виточка, ты не ругайся, но я сама ускорила этот процесс. Сын возле клиники, сейчас придёт.
Всё-таки ругаю её, но по-доброму. В тот момент, когда отрывается дверь в палату, я отсоединяю капельницу и закручиваю крышечку катетера. И не переставая приговариваю, что Римма Львовна у нас сильная женщина и обязательно скоро бегать начнёт.
— Кирилл! Наконец-то ты прилетел! — звучит радостный голос женщины.
От упоминания этого имени бросает в жар. Больше двух лет прошло, а я всё так же реагирую.
— Здравствуй, мама, — произносит мужчина за моей спиной.
По затылку пробегает табун мурашек. Я выпрямляюсь, ощущая, как громко колотится сердце. Это не может быть он. Просто не может. Столько времени прошло, мы ни разу не пересеклись, хотя я мечтала об этом каждый чёртов день без него.
