Свой — чужой

Потом, правда, выяснилось, что этот ранее судимый работал грузчиком и как-то раз доставлял мебель в эту парадную — ну и наследил… Выяснилось это, когда Зайцева уже пришлось класть в больницу и деньгами Юнгерова обеспечивать хорошее лечение, чтобы особо большой шум не поднялся…

Александр Сергеевич тогда даже не самый приятный разговор с Крыловым имел… Но ведь Петр Андреевич не для себя же старался-лютовал…

Вот с такими невеселыми воспоминаниями и размышлениями Юнгеров в конце концов и заснул, сжимая в руках «Тактику» Драгомирова… В ту ночь ему не приснилось ничего военного.

Ему вообще ничего не приснилось в ту ночь.

Прошло несколько дней. Александр Сергеевич постепенно втягивался в привычный ритм жизни, когда Штукин снова сумел удивить его. Валера улучил момент и, приехав однажды с Денисом в поместье, поймал Юнгерова одного у озера да и брякнул без лишних предисловий:

— Мне доподлинно известно, кто стоит за нашим расстрелом в лифте.

Александр Сергеевич от неожиданности (он не заметил, как Штукин подошел) вздрогнул и резко обернулся.

Помолчал, потом ответил:

— Мы — не персонажи кинофильма, поэтому я не скажу сакраментальную фразу типа: «Говори — озолочу!»

— Я не к этому, — мотнул головой Валера.

— Надеюсь. Говори.

— Некто Гамерник, — тихо сказал Штукин.

У Юнгерова так заколотилось сердце, что он даже машинально потер грудь ладонью:

— Некто?..

— Мне Денис про этого… бизнесмена рассказывал, про ту историю на Обводном канале, еще кое-что.

Александр Сергеевич свел брови к переносице:

— Только не пугай меня тем, что тоже вычислил его аналитически, научным методом исключения. Если я сейчас услышу, что больше это организовывать было просто некому, — ты получишь пендель.

Штукин помотал головой:

— Аналитика здесь ни при чем. Я знаю одного опера, который работает в управе под Ильюхиным. Он как раз в той группе, которая занимается расстрелом в лифте. Он отрабатывает только часть сигналов, но присутствует на рабочих совещаниях.

Недавно было одно совещание необычное — с него выставили всех, кроме избранных, среди которых был и один его собутыльник. И он моему оперу под большим секретом о Гамернике и рассказал — и не как о версии, а как об отработанном оперативном сигнале. Это не сплетня и не домысел. Деталями этой информации располагают только Ильюхин лично и несколько его особо доверенных помощников.

Валера замолчал.