Сыч – птица ночная

А сейчас, на начало 1999 года, мы можем наблюдать картину, совершенно противоположную той, что была до революции. Вот уже более пяти лет на этих землях идет так называемая «мирная война», которая имеет реальную перспективу в любой момент из латентной фазы перескочить в разряд широкомасштабных боевых действий с применением всех наличествующих с обеих сторон истребительных средств. Несмотря на сладкоречивые заверения наших высокопоставленных политических оптимистов, эта война, по сути, перманентна, поскольку причины и противоречия, ее породившие, имеют тупиковый характер.

Они неразрешимы."

"Но это явления глобального порядка, эта каша варится где-то там, наверху, в залах со сводчатыми потолками и разноцветным паркетом. А мы здесь, в ЗОНЕ, поэтому давайте попроще. Гибнут казаки. Понемногу, постепенно, вроде бы немасштабно, не обвально — а так, десятками, сотнями, ежемесячно, ежегодно, эта долбаная латентная перманентная война уносит жизни мужиков из приграничных станиц. Баб — навалом, мужиков — по пальцам можно пересчитать.

Те, что получше, давно заняты и охраняются сурово от каких бы то ни было эротических посягательств. К тем, что на подходе по возрастному цензу, очередь. Занимают до рассвета, на руке цифру пишут. «У тебя какой номер? Шешнадцатый? Ну так и подь в конец, не засти тута! А то щас как дам!»…

А вообще приличных мужиков мало. Поголовное большинство пьянствует — то ли от безысходности, то ли от постоянного стресса. Война, говорят, все спишет. Я сам был на войне, знаю: после иной операции нет лекарства лучше, чем два подряд стакана водки под бутерброд с салом.

Но если война перманентна по сути, есть реальная перспектива, что войско в конечном итоге сопьется. Вон в Литовской мужики: как наступили на пробку под Новый год (а меня, кстати, отняли у кабинетных тридцать первого декабря — сделали мне новогодний подарок!), так до сих пор остановиться не могут. Рождественская неделя, знаете ли. Вечно пьяная житуха.

— Тоже мне, женихи! Алкаш на алкаше сидит и алкашом погоняет… — с неописуемой досадой говорит о своих односельчанах Татьяна.

Даму понять можно. Кому понравится с пьянчугами якшаться? И еще нюанс, из личных наблюдений. Муж Татьяны, Илья, был по всем статьям хорош — судя по фотографиям и воспоминаниям сыновей. Здоровенный красивый мужик, умница, работяга, увлекался техникой, к спиртному был равнодушен. Хозяйство было — не хуже атаманского, дом полная чаша, «Нива» — восьмилетка осталась — как будто только что из автомагазина.