Сыграем

— Реабилитация? Немного перегибаешь палку, Дэйви.

— Неужели? — спросил Дэвид, чуть ни вплотную приближаясь к нему. — Ты так напился, что случайно ударил по голове свою девушку. Так разозлился, что вмазал кулаком о стену. Как тебе такое, а? Похоже на то, будто кто-то вышел из-под контроля?

Мал вздрогнул.

— Кое-что происходит.

— Я это понимаю. Все мы понимаем. Но Энн права: напиваться каждую ночь — это не решение.

У Мала опустились плечи, он перестал оказывать отпор.

— Пошел ты, Феррис.

— Пофиг. Извинись перед своей девушкой, причем искренне.

Его печальные глаза посмотрели на меня.

— Извини, Тыковка.

Я кивнула, попытавшись улыбнуться.

— Пошли, тебе нужна передышка, — Дэвид схватил Мала за затылок и оттащил его прочь, в толпу. К счастью, Мал не сопротивлялся. Я с относительным спокойствием наблюдала, как они уходили. Конечно, все наладится. Но как бы то ни было, я не хотела оборачиваться. Я чувствовала тяжелый взгляд Лори, прожигающий дыру в моей спине. Должно быть, они с Нейлом слышали и видели все происходящее.

Да и что я вообще могла сказать?

Я была ужасна, когда дело касалось семейных дел и отношений. Жаль, что Лиззи здесь нет. Она бы знала, что делать. Она гораздо лучше вела себя с людьми, чем я.

— Все будет хорошо, — сказала Эв, взяв меня за руку.

Милое утешение, но я сильно в этом сомневалась.

Глава 23

— ВЕЧЕРИНКА! — с маниакальным восторгом прокричал Мал час спустя.

В руке у него была только бутылка воды. Ну, хотя бы до него дошли наши слова.

Прямо как в ту ночь, когда я с ним встретилась, он стоял на кофейном столике, вытанцовывая свои клевые движения. Было много женщин, готовых прислушаться к его позывам. Причем довольно большое количество хитрых, ярких дамочек смотрели на моего мужчину с алчностью в глазах. И к этому я должна была привыкнуть. Я бы их всех придушила. Но вот загвоздка: где я смогу спрятать столько тел?"

"Встречаться с рок-звездами было труднее, чем казалось.

Одна из таких молоденьких девиц попыталась забраться к нему на стол и у нее ничего не вышло.

Даже на самую малость.

Я схватила ее за руку.

— Этому не бывать.

— Убери от меня свои руки, — выплюнула она.

— ТЫКОВКА! — выкрикнул мой барабанщик-прелесть сверху.

Святые пирожки, мои уши. В них звенело.

Девица подняла голову и ухмыльнулась Малу как лиса. Выражение ее лица, когда она повернулась обратно ко мне, было не таким теплым.

— Извини, — сказала я (что было наглой ложью). — Он занят.