Сыграем

Его глаза широко раскрылись и он выдохнул.

— Так лучше. Намного, мать его, лучше.

— Думаю, Адриан отправился за кем-то, кто бы смог проверить твою руку, — сказал Дэвид, становясь рядом с нами.

— В этом нет необходимости.

Я попыталась прочистить свое пересохшее горло.

— Позволь ему осмотреть твою руку, Мал.

— Тыковка...

Хватит этого дерьма.

— Хочешь, чтобы я не переживала? Тогда пусть твою руку осмотрят. И никак иначе.

Его глаза медленно обвели меня с ног до головы, оценивая.

— Обожаю, когда ты вышибаешь из меня все дерьмо.

Хорошо. Если это сделает тебя счастливее, то я дам им осмотреть ее.

— Спасибо.

Еще один большой глоток из бутылки.

Эв нырнула под руку Дэвида; они оба обеспокоенно наблюдали. На лице у каждого читались напряжение и стресс, а Мал продолжал пить. Стало видно дно бутылки: вот, куда он уже добрался. По какой-то причине меня это взбесило.

— Достаточно, — я выдернула из его рук бутылку. Видимо, он не ожидал подобного, потому что не сопротивлялся. Большие зеленые глаза моргнули, глядя в мою сторону, а затем сузились в гневе.

— Какого хера? — спросил он приглушенно.

— Найди другой способ как с этим справляться.

— Это не тебе решать.

— Ты действительно хочешь, чтобы одним из последних ее воспоминаний о тебе было то, как ты напиваешься?

— О, я тебя умоляю. Мама была рядом с самого начала. Она знает, на что похожи вечеринки за кулисами, Энн. Она же хочет нормального поведения? Я и веду себя нормально.

— Я серьезно, остановись.

Он бросил на меня еще один гневный взгляд.

Не проблема. Если он хотел всю ночь бросаться свирепыми взглядами, то я была не против. Я бы даже сказала, что прикрыла бы его. Что подразумевало под собой защиту от самого себя, если бы потребовалось.

— Оглянись, — сказала я. — Все они совсем недавно видели, как через это проходил Джимми. Они до чертиков напуганы за тебя, Мал.

— Ничего подобного, — прорычал он.

— Пока что.

— Не тебе указывать, что мне делать, Тыковка. Даже близко.

— Мал...

— Мы сколько вместе, неделю? И теперь ты в курсе, что лучше, а что нет, да? — он посмотрел на меня свысока, его челюсть дергалась из стороны в сторону.

— Ага, Энн у нас за главную.

— Эх, ради всего, мать его, святого, — сказал Дэвид, делая шаг вперед. — Закройся, ты пустоголовый, пока не наговорил того, о чем действительно пожалеешь. Она права. Я совершенно не заинтересован в том, чтобы наблюдать за тем, как и тебя отправляют на реабилитацию.

— О, да перестаньте вы уже, — сказал Мал.