Иван приводит меня в светлый квадратный кабинет с большим зеркалом. Из кресел в углу тут же поднимаются три человека."
"Молодой мужчина невысокого роста с пучком русых волос на голове, тоненькая девушка-брюнетка и более взрослая полноватая женщина с короткой белой стрижкой. Все выглядят ярко, не как толпа в метро. Явно сотрудники бьюти-сферы.
Я у команды профессионалов как в каком-то шоу.
— Майя, ты очаровательна. Превзошла мои ожидания! — сообщает парень-стилист. — Ничего, что я на ты? Так проще. Сейчас мы с тобой станем ближе некуда.
Меня зовут Италий.
Он весь на подъеме и позитиве.
— Все в порядке, — бормочу.
Иван прокашливается.
— Поработаю в помещении напротив, — говорит, смотря на меня.
Я лишь пожимаю плечами.
— Мы вас позовем, — заверяет его глава мастеров.
Бывший уходит. Я, не веря до конца в происходящее, позволяю отвести себя к креслу. Дальше меня увлекает круговерть.
Меня трогают, мажут, чешут и стригут. Последнее всего чуть-чуть.
Как по ходу сказал Италий (уж не от Виталия ли получилось это имя), Иван запретил им укорачивать мои волосы.
По лицу растирают тон, добавляют немного румян и теней, подчеркивают глаза и красят тинтом губы. Заверяют, от поцелуев эта легчайшая помада не смажется.
Поцелуев! Нам предстоит целоваться?! Да, это же ведь свадьба… Черт.
Сверху на розовый тинт кладут немного блеска. И сияния на скулы. Хоть что-то во мне должно светиться…
Сколько раз я представляла свадьбу с ним?
Но что она будет фиктивной, даже в кошмаре не снилось.
Впрочем, не время распускать нюни.
Так как я (не по вкусу Ивана) волосы стригу в последнее время, длиной они немного ниже плеч. Парикмахер решает гладко убрать их назад. Сделать тугую низкую шишку и пробор. Визажистка согласна — так будет больший акцент на мое прекрасное лицо. Ее слова.
Я не спорю, что красива. Вот только это не приносит мне счастья. А так да, мое личико вполне кукольное — яркие серо-голубые глаза миндалевидной формы, тонкий носик и полные губы.
Мурадов любил кусать их в порыве страсти.
Он прав, с проникновением у нас был только один раз. Но в горячих ласках мы себе не отказывали. Не могли отказать. С ним барьеры моего строгого воспитания рушились один за одним.
И сегодня упадет очередной?
Я ввязываюсь в большую ложь и авантюру.
— Майя, наденем платье, — голос Италия вырывает из мыслей.
Шагаю к белой ткани, которую уже держат. И на мне смыкается ""футляр"".
Оно четко по фигуре, с декольте. Внизу несколько воланов.
