Сын Дьявола

Мышцами сжимаю его внутри, удовлетворенно выдыхаю, Максим не собирается останавливаться. Словно забывает, что я живой человек.

Просто долбит и долбит, не отрывая взгляда, не уменьшая темпа.

Единый, грубый, жестокий ритм толчков.

Хочется сказать: «хватит, я больше не могу»

Но чувствую — ему это нужно, словно отпустив меня, он снова окунется в ту тьму. В плен мыслей о смерти Громова. О нашем побеге и о том, что делать дальше.

Еложу по кровати, сминая влажные от пота и смазки простыни. Слышу мерный стук спинки о стену, а Максим все внутри.

Трахает и трахает. Берет меня и забирает силы.

Держит руками плечи и мысленно требует не шевелиться, дать ему ощутить себя свободным, хотя бы так. Хотя бы во мне.

Выходит с пошлым хлопком, и я чувствую облегчение, хочу что-нибудь ему сказать, например, что еда остыла, но он просто разворачивает меня на живот, подкладывает подушку и разводит половинки ягодиц в стороны.

— Немного еще, потерпи, — шепчет он языком жалит сначала половые, покрасневшие от трения губы, а потом анальную дырочку.

Активно вылизывает, распространяя по телу очередной заряд, зарождающегося внутри живота удовольствия. Растягивает пальцами. Один. Два. Три.

Сплевывает во внутрь, заполняет до отказа влагой и только затем пропихивает головку члена.

Сначала только ее, наклоняется к шее, целует, прикусывает кожу и я сдерживаюсь, чтобы не закричать от дискомфорта, терплю, а он мне снова:

— Дыши, я почти вошел, любимая…

Один резкий выпад, и он снова во мне, снова набирает обороты, пальцами покручивая, жаждущие ласки соски.

Забивает член на гвоздь во внутрь, яйцами смачно шлепая по половым губам. И я снова на пределе.

Спустя какие-то пару минут долбежки в зад, я снова готова кончить, и он умело подводит меня к краю, достигает предельной скорости, дышит все громче, утробно стонет.

— Кончай, Лана… Кончай со мной… Будь со мной, детка…

И мне хватает одного толчка, крепкого хвата за шею, окончательно перекрывающего воздух, чтобы в голове зашумело. В глазах потемнело.

А сердце всего на миг остановилось. И я вою от ослепляющего оргазма, пока Максим на бешенной скорости таранит мой зад и замирает с выкриком: «Еб-аать», заливая мое нутро спермой.

Отключаюсь, почти мгновенно. Плыву по волнам усталости и кайфа. Прихожу в себя от контраста температур. Разгоряченную кожу, Максим смачивает губкой, обтирая меня от пота и телесных жидкостей.

— Тебе легче? — задаю я острожный вопрос, смотрю как свисает на глаз черная кудряшка.