Сын лекаря

Они врезаются в степь не меньше, чем на три дневных перехода. И даже если выходить с самого длинного «зуба», на расстоянии восьми дней пути от леса нет источников воды и ничего живого, кроме насекомых. Но в это время года насекомых найти трудно. Припасов, которые я взяла с собой, хватит на два дня – даже до края леса добраться не получится. Но здесь хотя бы можно питаться ягодами и орехами, собирать грибы и всегда есть вода.

– А еще можно поохотиться. Я вполне могу запастись мясом здесь.

Иштрилл рассмеялась.

А ты давно видел здесь хоть одно животное крупнее мыши, а птицу крупнее сойки?

Я удивленно замер.

А ведь действительно, какой-то удивительно бедный лес. На нашей стороне мне то и дело встречались следы разных животных, а здесь даже птиц почти не слышно.

– Наш лес можно пересечь вдоль за месяц, а поперек за десять дней. На этой площади живет сто двадцать тысяч первородных.

Светлые боги! Вот и разгадка! Я даже подпрыгнул от удивления, все же было очевидно! Первородные истребляют людей просто потому, что им нечего есть! И по какой же причине первородные решили истребить людей?! Какая сложная загадка! Я прожил в их городе несколько дней, и еще боги знают сколько наблюдал за ними, и до сих пор не заметил, что им просто нечего есть! Да, пир по случаю победы.

Только пировали они исключительно из тех продуктов, что принесли с собой первородные из набега. Много ли я видел домашних животных у первородных? Только штук двадцать свиней у богатой семьи Лэтеар. Я расхохотался. Вот только почему они не забрали из города живых животных?

Оли Лэтеар смотрела на меня с некоторым удивлением и даже страхом.

Кажется, она решила, что я повредился рассудком. Я не удержался и поделился своими выводами с девушкой. Заодно спросил, не знает ли она, почему у них так мало скота – объяснение оказалось тоже удивительно простым – скотину в лесу кормить нечем. Свиньи не могут питаться травой, им нужно что-то посущественнее, а мэллорны при своей полезности не давали никаких плодов. Они обогревают, дают одежду – знаменитые эльфийские ткани, оказывается, делают из коры мэллорнов, которую размачивают, разминают и размалывают на волокна, а потом ткут. Из сока этих деревьев делают вино, из древесины посуду и оружие. А вот пищи они не дают.

Что ж, эта загадка разрешилась. Оли Лэтеар, кажется, поверила моим предположением, и вид теперь имела чрезвычайно задумчивый и расстроенный. Кажется, избавление от иллюзий не принесло ей особой радости. Однако все это сейчас для меня было неважно.