Сын лекаря

Я уже почти сдался, прекратил попытки, когда почувствовал покалывание в пальцах. Это меня очень воодушевило, и я с энтузиазмом продолжил лечение.

Покалывание быстро усилилось, а потом пришла боль. Мне уже доводилось получать раны, я даже пережил сепсис и перетерпел то ужасное ощущение, когда у меня в ране росли личинки мясных мух, так что я не думал, что меня можно напугать болью, но теперь это было что-то особенное. Пару раз я не сдержал стон. Первородные, которые сидели у костра где-то справа от меня, не обращали на это внимания, за что я был им почти благодарен.

Когда боль пошла на убыль и стала более-менее терпимой, а пальцы стали шевелиться, мне пришлось повторить все то же самое с ногами. Одно хорошо – кажется, ускорение кровообращения так же немного снизило последствия удара по голове – меня почти перестало тошнить, и видеть я стал намного четче. Правда, к этому времени уже стало светать, так что, может быть, мое самолечение было ни при чем. Я обнаружил, что лежу на одной из тех тележек, которые эльфы притащили к городу.

Только теперь ее загадочного содержимого в ней не было.

Как только рассвело окончательно, эльфы зашевелились. Собирались они не долго, и скоро я почувствовал, что телега покатилась. Я чуть повернул голову и понял, что меня везут по дороге, которая проложена между Элтеграбом и Пагаузом. А я-то гадал, как они умудрились протащить не самые мелкие телеги, да еще с тяжелым грузом по лесу! Дорога, хоть и изрядно запущенная за последний год, все-таки не успела еще зарасти, и по ней вполне можно было протащить транспорт.

Что же все-таки они в них везли? Вопрос этот теперь не был таким уж срочным, и я решил его пока отложить. Вместо этого стал размышлять о том, что неплохо бы покинуть это неудобное средство передвижения, и желательно без ведома хозяев.

Хотя идея с самого начала не выдерживала никакой критики. Глупо было надеяться, что мне удастся незаметно скатиться с телеги и уж тем более уйти в лес с тяжелым сотрясением мозга и почти неработающими конечностями.

Да еще предварительно избавившись каким-то чудом от веревок, туго стягивающих запястья и щиколотки. Но, во-первых, по причине все того же сотрясения соображал я туговато. Во-вторых, просто лежать и тупо ждать своей участи было невыносимо. Так что я стал осторожно поглядывать по сторонам, пытаясь оценить обстановку. Рядом с телегой никого не было.