— У меня есть встречное предложение, — после паузы раздался за ее спиной еще чуть сбитый, но уже вполне спокойный голос Захара."
"Конечно. Я даже знаю, какое. Собирайся и проваливай вместе со своими разговорами, уважаемая Ульяна Романовна. До следующего раза.
Она сцепила зубы и сквозь них едва выговорила:
— Какое?
— Я пошел в душ, а потом ставить чайник и добывать чего-нибудь из холодильника. Жду тебя на кухне минут через пятнадцать. Мы же можем есть и говорить одновременно? Я голодный жутко.
Эти бутерброды размером с ноготь есть невозможно.
Ты не тролль, Мелехов! Ты бесчувственное бревно!
Но Ульяна медленно кивнула. Потом слушала шорох за спиной — как Захар вставал, что-то брал и выходил из комнаты. Как потом где-то за стеной едва слышно зашумела вода.
Говорят, тебя никто не может к стенке прижать, Захар? А я возьму — и прижму. Чего бы мне это ни стоило!
***После душа Ульяна всерьез задумалась над тем, что надеть.
Отчего-то ей казалось, что надевать теперь свой деловой костюм, да еще после всего, что только что было — как-то нелепо.
А еще он измялся, пока валялся на полу. И Ульяна решительно протянула руку к висящему на крючке темно-синему махровому халату.
Я начинаю метить территорию, Захар. Как ты на это отреагируешь?
Кажется, он отреагировал положительно. Вроде бы вполне одобрительно покосился на вошедшую в кухню Ульяну, а потом приглашающе махнул в сторону стола. На нем уже расположились чайник, две чашки и несколько тарелок — мясная нарезка, сырная, оливки и хлеб.
— Тебе покрепче?
— Да.
И покрепче. И поглубже. Черт!
Ульяна села за стол, сделала обжигающий глоток чая и озадаченно уставилась на протянутый ей бутерброд.
— Извини, ничего другого нет. Признаю — не подготовился.
Уля вздохнула — и взяла бутерброд. что еще оставалось — раз уж его сделали. Опять же, есть и вправду хотелось. Уля вспомнила бутерброды размером с ноготь — и принялась жевать вполне приличного размера сэндвич, приготовленный Захаром.
Некоторое время они просто молча ели. Как будто только ради этого, собственно, они и пришли на кухню. И от этого весь Улин запал как-то… как-то стал не таким мелодраматичным, что ли.
— Итак, — Захар взял чайник и долил им в кружки чая. — О чем будем говорить?
Ульяна всерьез задумалась над этим вопросом. Теперь она была уже не так уверена, что стоит это все… вытаскивать. И говорить откровенно о своих сомнениях и страхах.
