Искал-искал, потом плюнул и уехал.
– Куда плюнул? – хмыкнул Саша.
– На нас, – ухмыльнулся Глудов. – Мы тебя часа два прикрывали, не рассказывали, что ты с товарищами Димитровым и Боевым умотал. Василий и Артем тоже не сдавались, а товарищ Надмит, тетка твоя и… – тут парень понизил голос и хитро подмигнул, – Светланка так и не раскололись. О как! Цени, паря.
– Ценю, – кивнул Белов. – Спасибо тебе, Леха. Классный ты парень…
И с этими словами он пошагал вперед, одновременно сдвигая на живот полевую кожаную сумку немецкого производства – подарок Куусинена.
Там лежали: кулек с изюмом, курагой, черносливом и сушеными персиками, презентованные болгарами, и фунтик из вощеной бумаги с финским мямми[87] – подарок от финнов. Вот, правда, если первым подарком Александр собирался порадовать свою новообретенную семью, то с мямми было сложнее. В прошлой-будущей жизни ему доводилось пробовать этот десерт с, прямо скажем, весьма своеобразным вкусом. Положим, ему-то он нравился, так же как и вкус мустамаккары – традиционной финской кровяной колбасы, но как к этому странному черному вязкому месиву отнесутся Вася и Артем, а тем более – Светлана и тетя Вера, Александр ответить бы не рискнул…
– Сашка! – легкая на помине Светлана буквально напрыгнула на него из-за угла.
И тут же затараторила: – Опять весь день в Коминтерне пропадал? И что они к тебе так привязались? Скучные, вечно такие таинственные… Как Джон Сильвер из «Острова сокровищ»…
– Ну, Сильвер как раз таинственным не был, – усмехнулся Саша. – Насколько я помню роман Стивенсона, Джон-окорок изображал из себя очень даже открытого и компанейского гаврика.
Вот если бы ты вспомнила роман того же Стивенсона «Дом на дюнах», то там и Норсмор, и Кессилис[88] – довольно-таки угрюмые, нелюдимые и таинственные ребята…
– Ой, а я его не читала, – объявила Светлана. – А это интересная история?
– Ну, как сказать… – И с этими словами Белов вытащил из сумки болгарский подарок. – Угощайся. Это как раз коминтерновцы передали…"
"Минут через двадцать вся компания – Саша, Василий, Артем, Светлана и Вера Степановна с Надмитом уютно устроились у стола и попивали чай со свежими булочками и коминтерновскими подарками.
– А это тут что, Сашенька? – спросила Беляева и отщипнула кусочек мямми. Осторожно прожевала. – Ой, да это ж калужское тесто![89] Только вкус какой-то… непривычный.
– На микстуру от кашля похоже, – внес свою лепту Василий, тоже попробовавший финского угощения. – Но ничего, вкусно…
Белов же больше налегал на булочки.
