Долой такую свободу, – нам нужна свобода действительная, возможная тогда, когда членами общества будут только работники. Много труда, много жертв надо будет положить за такую свободу. И мы сделаем всё для этой великой цели, для осуществления социализма»[143]… Белов! Вы слушаете? Так что говорит Ленин о пролетарском характере восстания Степана Разина?
Сашка встал:
– Ничего. Ленин ничего и никогда не говорил о пролетарском характере восстания Степана Разина по той простой и незамысловатой причине, что пролетариата тогда в России не имелось.
В классе стало так тихо, что стало слышно дыхание учеников. Мартышин подошел к парте, за которой сидели Белов и Василий Сталин, и по очереди оглядел обоих.
– Если кто-то думает, что я потерплю в группе привилегированных сынков, то он глубоко ошибается. «Неуд» вам, Белов. Сядьте на место.
Александр обиделся. Не то чтобы он так уж хорошо представлял себе восстание Разина, но вот в непролетарском характере крестьянской войны под руководством разбойника Стеньки был уверен на сто процентов.
А потому, усаживаясь на место, он громко и твердо произнес:
– Если кто-то думает, что ему будет позволено безнаказанно искажать мысли Владимира Ильича, то он тоже глубоко ошибается! И вообще, очень интересно: с какой целью этот «кто-то» извращает слова товарища Ленина? По незнанию или намеренно?
Мартышин резко обернулся, чуть не снеся бедром парту.
– Белов, выйдите из класса!
– Охотно, – отозвался Сашка. – Чем слушать ересь в вашем сольном исполнении, уж лучше во двор пойти – на физгородке размяться…
– Я тоже пойду, – сказал Василий, вставая.
– Немец… то есть Саша зря не скажет, значит это все – хреновина! – И он принялся собирать свою сумку.
– И я, – поднялся Артем Сергеев.
– И я, – пискнула Лена и засуетилась, заталкивая учебники в старенький потрепанный портфель.
– И я, – хлопнула крышкой парты Гальская. – Я что – дура, всякий троцкизм слушать?
Она обвела весь класс таким взглядом, что все остальные мальчишки тут же подхватились и вышли из класса.
Да и девочки не заставили себя долго ждать.
И следующие полчаса ребята действительно провели на школьном дворе в физгородке, попутно расспрашивая Сашу о восстаниях Разина и Пугачева. Историком Белов не был, но что-то когда-то читал, что-то где-то слышал, а потому рассказывал интересно, и недостатка в слушателях не было.
За разговорами они всем классом прозевали звонок с урока и сориентировались лишь тогда, когда во двор вышли другие ученики.
