Слово коммуниста…
Летчик просветлел лицом и, вдруг приподнявшись и опираясь рукой на обтекатель колеса, зачастил:
– О! А я что говорил? Вот же машину германские товарищи сделали! Верное слово! Если б на «эр-пятом» – догорал бы уже в бурьяне, а этот – класс! Пыхтит, пердит, маслом из цилиндров плюется, а ползет! Верное слово!
Словно бы в подтверждение сказанного из рупоров стоявшего на краю поля фургона вдруг раздалось громкое, хрипловатое:"
"Где облака вершат полёт,Снаряды рвутся с диким воем,Смотри внимательно, пилот,На землю, взрыхленную боем.
Пропеллер, громче песню пой,Неся распластанные крылья!За вечный мир,В последний бойЛети, стальная эскадрилья![464]Летчика, невзирая на его протесты, утащили с собой медики, а изуродованную машину с уханьем и хеканьем покатили к мастерским. Над летным полем гремело:
Там, где пехота не пройдётИ бронепоезд не промчится,Угрюмый танк не проползёт,Там пролетит стальная птица.Двое старших командиров, одетых несмотря на теплую погоду в регланы, удовлетворенно озирали эту возню и суету.
– Что скажете, товарищ комдив? – поинтересовался тот, на чьем рукаве горела алая с золотом звезда политсостава. – Как вам?
– А что тут сказать? Сегодня Барановичи добьем и дальше. «Даешь Варшаву», – процитировал он известную песню.
– Я не о том. Песня к месту? Вовремя?
Комдив задумчиво помолчал, затем чуть поморщился:
– Вы б, товарищ бригадный комиссар, лучше проследили бы за тем, чтобы летный состав портвейном пайковым не злоупотреблял[465]. А то вон утром возвращаются соколы, а трое – лыка не вяжут! – тут он, видимо, решил, что особенно перегибать палку не стоит, и закончил уже примирительно: – А песня – что ж… Хорошая песня.
Настроение поднимает…
А над полем гремело:
Мы виражом крутым пройдём,Прикроем плавным разворотом,И на врага мы нападёмМогучим бреющим полётом.На следующий день избитые авиацией Барановичи пали. Польская армия отошла на запад…
Вдохновленные примером РККА, командиры Ротевера тоже решили сделать ставку на авиацию.
Пехотные, легкие и моторизованные дивизии получили передышку, чего никак не скажешь о поляках…
– …Итак?
– Товарищ генерал-лейтенант… – командир первой кампфгешвадер[466] Народной Военной авиации постарался придать своему взгляду максимум спокойствия, но получилось плохо. – Товарищ генерал-лейтенант, эскадра готова к вылету. Основной целью назначены укрепления и рокадные дороги восточнее Крейцбурга и Глейвица вот здесь, – указка пробежалась по карте, – и здесь.
