– Так что вы, товарищ Василевский…
Он, должно быть, собирался прочесть комфронта краткое поучение о всесильности марксизма-ленинизма, но Сашка перебил его:
– Лев Захарович, по моему глубокому убеждению, это у товарища Василевского получится. И еще как. Мы к вам, Александр Михайлович, вот по какому вопросу: вашему наступлению сильно поможет физическое устранение румынского короля и парализация работы румынского Генерального штаба?
Василевскому показалось, что он ослышался. Его визави – почти мальчишка с румяным, еще по-детски пухловатым лицом – произнес ЭТО совершенно спокойно, как-то очень безмятежно, расслабленно откинувшись на спинку стула.
Генерал-полковник сглотнул, открыл рот, снова его закрыл и снова сглотнул. Ломая спички, нервно закурил, стараясь не встречаться взглядом с пронзительно-синими глазами юного Сталина…
– Поможет, разумеется, – выдавил он наконец из себя. – Но как?.. – голос его сорвался, и ему пришлось налить воды из графина. Двумя гулкими глотками он осушил стакан.
– Вы напились, товарищ Василевский? – несколько сварливо поинтересовался Мехлис. – Товарищ Белов-Сталин может продолжать? Вы его внимательно слушаете?
Василевский даже не заметил неприятного тона начальника ГлавПУ РККА. Да он сейчас не обратил бы внимания даже на землетрясение! На всемирный потоп! Уничтожение верхушки румынской армии – это… это… вот! Если еще удастся согласовать время акции с началом наступления… Хорошо бы, чтобы одновременно с началом… а, впрочем – день-два в ту или другую сторону погоды не сделают!
Он глубоко вздохнул и посмотрел на Сашку уже совсем другими глазами.
Значит, правду говорили, что этот парень в Индии в одиночку нескольких важных шишек… того… Однако! Молодчина! Значит, сейчас он лично… а эти майоры, надо понимать – на подхвате…
Василевский так увлекся своими рассуждениями, что едва не прослушал вопрос от молодого Сталина. Но не прослушал, и от этого удивился еще больше…
– Александр Михайлович, нам необходимо уточнить с вами точные время и дату нашего, – он слегка усмехнулся, – мероприятия, чтобы максимально согласовать его с действиями вашего фронта.
Лично мне представляется оптимальным провести все за тридцать пять – сорок минут до начала вашей артподготовки, но если у вас есть другие пожелания – пожалуйста. Давайте обсудим, ведь, собственно, для этого мы сюда и прибыли…"
"Обсуждение заняло три часа, после которых прибывшие удалились, вежливо отказавшись от приглашения отобедать.
