Сын Тишайшего-2

Когда по улицам нельзя передвигаться из-за разлива и вездесущей грязи. За зиму бревенчатая мостовая, где она есть, приходит в полную негодность. Однако мощёных улиц в городе раз-два и обчёлся. А каменные у нас только Патриаршее подворье и Соборная площадь. В Кремле хоть есть добротные отводы, и никто не тонет в вонючей жиже, как остальные горожане.

— Государь, то нам ведомо. И разговоры про обустройство улиц возникают каждую весну, как начинается таяние снега, — произнёс Шакловитый, сначала посмотрев на молчавших коллег.

А вот это деловой разговор! Понятно, что Голицын и Змеев не хотят взваливать на себя дополнительную нагрузку. Значит, загрузим главу Стрелецкого приказа. Остальные тоже будут работать, никуда не денутся.

— У меня больше вопросов к главе Разрядного приказа, в чьём подчинении находится и Москва, — киваю на Змеева, который совмещает руководство сразу двумя ведомствами. — Но и стрельцов мы задействуем.

— Государь, так ведь за столицу отвечает князь Черкасский[2], — нарушил молчание Голицын.

Василий Васильевич так дипломатично намекает на возможный конфликт с набравшим немалую силу Черкасским. Мне кабардинец не по нраву. За какие такие заслуги его осыпали милостями после окончания войны с османами? Вроде многие военачальники проявили себя не хуже. Да и до этого князь ничего выдающегося не показывал. Но почему-то попал в фавор к Алексею Михайловичу, а затем к Феде. Ещё князь настырно пытается просунуть своего сына в ближний круг Ивана.

Насчёт московских дел ему было отправлено письмо с приказом указать порядок действий по улучшению инфраструктуры города. В ответ прибежал сам князь и наплёл какую-то несуразицу, надавав множество обещаний. Прошла неделя, но особых изменений я не заметил. Значит, задействуем другие ведомства, в том числе непосредственного начальника Черкасского — Венедикта Змеева.

Хотя после бунта у меня были мысли приблизить Михаила Алегуковича. Только тот повёл себя излишне прагматично, заранее меня похоронил и переметнулся в стан Натальи Кирилловны. То есть сделал ставку на продавливание Петра в качестве царя. Таких персонажей среди бояр хватало, поэтому я отодвинул их подальше от братьев и своей персоны. Не люблю интриганов.