– Мы ни в чем не уступили врагу!
Но о том, что в сражении за Эвфая спартанцы убили Антандра – лучшего друга царя и лучшего полководца Мессении, – они ему не сказали.
Спартанцы и на этот раз, ничего не добившись, вернулись домой.
А через несколько дней после битвы мессенский царь Эвфай умер. Он царствовал тринадцать лет. И все тринадцать лет воевал со Спартой, отстаивая свободу своей родной Мессении.
Царь Аристодем
В Мессении не стало царя.
Если бы у Эвфая был сын, он стал бы теперь царем. Но у Эвфая не было сыновей.
Надо было выбрать на царство достойного человека. И когда мессенцы собрались, чтобы выбрать царя, то первым прозвучало имя Аристодема.
Пусть будет царем Аристодем! Аристодем – лучший наш военачальник! Аристодем, как никто, доказал свою любовь к Мессении: он отдал для жертвы родную дочь!
Но тут заявили свои права полководцы Клеонис и Дамис. Они не хуже Аристодема сражались со Спартой, а может быть, даже и лучше. Сам Эвфай назначил Клеониса командовать пехотой.
А всем известно, что именно пехота решила победу у Свиного оврага. Дамис тоже знатный мессенец и хороший полководец!
Так почему же царем должен быть Аристодем?
Оба жреца Мессении, Эпебол и Офионей, дружно подали голос против Аристодема, на котором лежит проклятие за убийство дочери.
Злопамятный Эпебол не мог простить Аристодему того, что царь Эвфай в свое время заступился за него и признал, вопреки Эпеболу, его убитую дочь жертвой.
А другой жрец, Офионей, был слепым с детства.
Он гадал и предсказывал будущее не только отдельным людям, но и целым народам. Сначала он выспрашивал о том, что происходит сегодня в жизни человека или в общественной жизни народа. А из этого делал выводы, предсказывая, что случится в будущем. В споры с Эпеболом он никогда не вступал и всегда повторял то, что скажет Эпебол.
Но как ни кипел злостью Эпебол и как ни спорили полководцы, доказывая свое право на царство, народ все-таки избрал Аристодема.
Аристодем, став царем, не утратил обычной скромности.
Он старался заслужить доброе отношение народа, защищая его требования, если они были справедливы. С большим уважением он относился и к старейшинам Мессении, и к полководцам. Особенно старался он расположить к себе Клеониса и Дамиса, чтобы у них не затаилось вражды к нему, чтобы не начался разлад, который может повредить родине в дни опасности.
О союзниках Мессении Аристодем тоже не забывал. В Аркадию и в Аргос он послал дары.
