Сыночек в награду. Подари мне любовь

"

"Мне совершенно не по душе предложение Тимура, потому что я терпеть не могу отвечать за что-то, особенно такое важное, как грант, от которого зависит будущее бизнеса. Но он настолько горит своей идеей, так стремительно оживает, строя планы, что я активно киваю, подписывая себе приговор.

– А упор сделаем на аэрографию, – наконец-то, проясняет мою задачу, и от этого становится чуть легче. – Если сможем поднять автосервис на достойный уровень, а мы сможем, то он полностью отойдет тебе. Будешь развивать.

На секунду я вспыхиваю и зажигаюсь, будто заражаюсь азартом босса.

Но тут же становлюсь мрачной. Тимур не оставляет мыслей самоустраниться из бизнеса. А ведь это его детище. Его жизнь. Возможно, именно остатки дела все эти годы не позволяли ему окончательно потухнуть. Держали на плаву.

– И его благополучно отсудит Игорь, – бросаю намеренно грубо и прямолинейно. – Мы пока не в разводе, а твой Воскресенский упорно молчит.

– Хм, тебя легко можно будет обезопасить от поползновений Меркунова. Юридические вопросы я тоже беру на себя, – делает паузу, покосившись на телефон.

Осознает, что в самых щепетильных моментах ему опять придется просить помощи у друга. А тот еще не решил, чьи интересы в суде будет защищать: Игоря или мои. Очень сомневаюсь, что чаша весов склонится в мою сторону.

Отпустив мои руки, Тимур придвигается к столу и подхватывает телефон.

– Однако молчание Воскресенского меня тоже настораживает, – набирает его номер. – Потороплю его, пожалуй.

Размышляю, остаться мне или лучше уйти.

Верное решение мне подсказывает Владик. Приоткрыв дверь в кабинет, еле заходит и по полу тащит за собой за лапу огромного медведя, которого ему Тимур подарил и с которым он постоянно спит. Шмыгнув заложенным носом, устало опирается плечиком о косяк двери.

– Мам, заболел, пить хочу, – жалобно просит.

– Хуже стало? – обеспокоенно отзывается Тимур, зажав динамик телефона ладонью.

В детском саду у Владика поднялась температура, и мне пришлось раньше убежать из автосалона, чтобы забрать его.

Полдня мы принимали детские жаропонижающие, обтирались и делали, казалось бы, привычные при простуде процедуры. Только на этот раз рядом постоянно находился Тимур, пытался помочь или хотя бы поддержать малыша словами. Я не знала, как реагировать на его заботу, потому что Игорь в таких случаях все хлопоты перекладывал на меня, а сам не подходил к сыну. Еще и изолировал нас, чтобы не заразиться.

Вхожу в кратковременный ступор и сейчас.