Сыщик Бреннер [2 книги]

Решетки на окнах защищали от проникновения извне, но против «страусов» они не выдержат, это я прекрасно понимал. По поводу нашего с Анни пребывания в лавке вопросов у хозяина не возникало. Казалось, он даже рад, что не остался в столь сложной ситуации в одиночестве.

— Вам лучше укрыться в дальней комнате, — посоветовал я. — Там безопаснее. И возьмите девочку с собой. Где ход на второй этаж?

— Вон та дверь, — указал хозяин. — Можно выбраться на чердак, оттуда на крышу.

— Присмотрите за девочкой, она потерялась и чуть не погибла.

— Не волнуйтесь. С девочкой все будет в порядке.

— Я заберу ее позже… если же не вернусь, отыщите ее мать.

На крышу я легко выбрался, как и сказал хозяин лавки, через чердак. Крыша оказалась покатой, но не скользкой, и удержаться на ней я мог без особых сложностей. Главное, она примыкала к крышам соседних домов, и я беспрепятственно перебрался туда, откуда лучше просматривалась площадь.

Ситуация там складывалась не в пользу императора. «Страусы» окружили кортеж, готовые в любую минуту изрешетить всех и каждого, но пока ожидали, ничего не предпринимая.

Теоретически у толпы был шанс на прорыв. Если бы все разом двинулись в одном направлении, то даже «страусы» не сумели бы остановить людей. Но никто не хотел рисковать и идти первым на верную смерть. Толпа замерла, боясь лишний раз шевельнуться.

Со стороны императора и князя тоже не наблюдалось движения. Тент скрывал от моего взора происходящее внутри.

Я понимал, что долго такая ситуация сохраняться не может и с минуты на минуту начнется изрядная заварушка. Император — не тот человек, который способен сдаться без боя. А Серафимов сжег все мосты за спиной и тоже не отступит, пока не победит или не погибнет. Люди же на площади — заложники ситуации. В любом случае жертвы неизбежны.

— Ваше императорское величество! — Голос Ульбрехта Серафимова в репродукторе зазвучал ехидно. — Покиньте ваш мехваген, не задерживайте граждан! У вас нет выбора. Или через минуту я отдам приказ, и вас вытащат насильно! Решайте же, как вам больше по душе?

Позор, какой позор для императора, и я стал невольным участником этого. Единственный адекватный ответ для Карла Александровича — уничтожить всех заговорщиков до последнего.

— Отсчет идет, — напомнил Серафимов.