Сыщик Бреннер [2 книги]

Получалось, что к пульту были подключены абсолютно все клетки зала, со всеми их обитателями.

— Еда для него, для того, кто внутри, — промурлыкал нежный женский голосок мне прямо в ухо, а изящная, но сильная рука подхватила меня под локоть. — Сил ему потребуется много. Это гораздо выше человеческих возможностей…

Женщина под маской говорила тихо, исключительно для меня, никто вокруг на нас внимания не обращал. А я все не мог узнать ее, хотя чувствовал, что мы уже встречались прежде.

Между тем незнакомка продолжала:

— Весь четвертый корпус, вся лаборатория устроены с одной-единственной целью — обеспечить его питанием.

Тогда и только тогда он, может быть, сумеет вырваться за границы нашего мира.

— Питанием? — переспросил я. — Он их что, есть будет?

— Не в прямом смысле этого слова, — негромко рассмеялась дама. — Каждый человек, мал он или велик, вырабатывает особый вид энергии — ментальную энергию, другими словами, энергию мысли, или же энергию души — пси-энергию, как ее некоторые называют.

Цель эксперимента в том, чтобы объединить частные матрицы-носители в единую волну и передать управление этой волной императору. Каждая клетка — это ячейка. Все вместе они подключены в систему, в центре которой находится Константин Платонович. Обладая некими особыми свойствами мозга, он сможет концентрировать суммарную пси-энергию и управлять ею. Его задача — остановить чужаков, направив на них волну.

Откуда она знает про особые свойства разума императора? Это тайна за семью печатями, которой владели всего несколько человек.

К несчастью, я был в их числе.

— Остановить чужаков? — переспросил я. — Вы хотите закрыть посольства?

— Нет, речь не о посольствах. Все гораздо серьезнее… и страшнее.

— Если вы соблаговолите посвятить меня в подробности, буду весьма признателен. Ведь все равно я уже здесь. Обратной дороги для меня нет.

— Разумеется, — подтвердила незнакомка, — теперь вы, хотите вы того или нет, один из посвященных. И имеете право на правду. Только бы после вы не посчитали, что без этой самой правды было гораздо проще и спокойнее…

Тойфель! Почему всегда именно я влезал в истории, из которых живым было не уйти.

Да, сам-то я еще жив и даже относительно здравствую, но это скорее случайность, чем закономерность. И рано или поздно везение кончится.

— Говорите! — потребовал я. Пути назад не существовало. Я ни о чем не жалел.

— Примерно год назад случился первый прорыв, но его сумели закрыть… — начала незнакомка.